Сегодня на склоне у ручья было удивительно тепло для майского дня, и яркое солнце ласково согревало землю. Злата сняла ботинки, осторожно ступила босыми ногами в прохладную воду, наслаждаясь легким прикосновением. Мама всегда строго запрещала ей мочить ноги в холодных ручьях, но этот день был особенным. Ласковое солнышко так припекало, а мамы рядом не было, чтобы остановить ее. Просто божественное наслаждение. Не удержавшись, Злата решила на этот раз не послушаться.
Она была хорошей девочкой, которая редко шла наперекор взрослым. Но такой теплый день, словно подарок. И девочка не смогла противиться искушению.
Она зашла в воду по щиколотке и закрыла глаза. Представляя, что вместо холодного ручья это нежные волны загадочного и далекого моря, омывают ее ноги. Море, которого она никогда не видела, но о котором столько раз слышала в папиных рассказах.
Папа обещал, что летом они поедут всей семьей на море. Однако сейчас он был редко дома. Постоянно уезжал на вахту.
Злата не понимала, что это такое, но знала одно. Когда папа вернется, они все вместе отправятся в долгожданное путешествие, как он и обещал. Она мечтала об этом каждый день.
«Ну, что ты здесь делаешь, ласточка ты моя?» — вдруг раздался хриплый, но добродушный голос. Злата вздрогнула и тотчас обернулась. За ее спиной стоял дедушка Никодим Леонидович, который незаметно подошел и обхватил внучку за плечи.
«Ой, дедушка!» — девочка захлопала глазами, растерянно улыбаясь. Дед лишь усмехнулся и качнул головой. «Мать-то ругать будет! Жучка ты моя! Ну, чего ж ты в ледяную воду полезла?» Злата, смущенно теребя подол платья, лишь виновата опустила глаза.
Но не могла скрыть, как ей было хорошо в этот момент. «Не заругает дедушка. Ты только не выдавай меня, ладно? Тогда она ничего и знать не будет, и ругать не станет».
Лукаво прищурившись, девочка посмотрела на дедушку. «А если простудишься? Тогда точно поймет, что ты бегала к ручью. Ну все, хватит.
Вылази давай. Пойдем ко мне, родная, чаем с малиной угощу и ноги горячей водой согрею, на всякий случай. Ишь ты чудо!» — удумала по ледяной воде шлепать.
И дедушка, покачивая головой, с притворной строгостью усмехнулся. «Я, деда, про море мечтала! Папа обещал меня летом свозить!» — задумчиво проговорила девочка, всматриваясь в течение ручья. «А ты сам-то бывал на море? Ну, конечно, рассказывал же я тебе, златуля.
Был я на море и не раз. Только не на таком, как ты себе представляешь, с пальмами, а на холодном, северном. В нем и не поплаваешь особо.
Жили мы тогда с твоей бабушкой далеко отсюда, когда я еще служил. Там-то мы с ней и встретились. Потом уже вернулись на родину, когда твой папка появился».
Дедушка вздохнул, вспоминая молодые годы. «Помню, деда. Но я-то поеду на настоящее море, где пальмы и теплая вода с энтузиазмом воскликнула злата».
«Настоящее, — говоришь? Ну-ну, посмотрим!» Дед, улыбнувшись, похлопал ее по плечу. «Пошли уже, непоседа!» Но побывать на море внучке так и не довелось. Когда наступило долгожданное лето, ее жизнь круто изменилась.
В очередной приезд отца с вахты родители сильно поссорились, как это часто случается в семьях, где взрослые долго живут на расстоянии. Но на этот раз все вышло совсем по-другому. Не отец ушел из семьи, а мать.
Оставив дочку, она просто сбежала к любовнику в столицу. Вот же потаскуха! Уехала и даже о ребенке не подумала. Кипел отец златы, проклиная свою жену.
«И куда мне теперь девочку девать? Мне опять на работу уезжать надо!» «Да хватит орать!» — спокойно сказал дед Леонидыч. «Я-то для чего тут? Пусть со мной остается! Мы с ней отлично поладим, верно, Златуля?» — заговорщически подмигнул он внучке. Злата, забыв о своих огорчениях, радостно заулыбалась.
И кивнула. «Ну, конечно же! Мы с дедушкой лучшие друзья. Он меня всему учит.
Мы с ним и в лес, и к ручью вместе ходим. Пап, ну не переживай, дедушка хорошо за мной присмотрит. Езжай спокойно на свою вахту!» — с детской непосредственностью ответила девочка, обнимая отца.
Так и потекли их дни. Никодим Леонидыч души не чаял в своей веселой и задорной внучке. «Солнышко ты мое! Мое ты кареглазое чудо!» — часто приговаривал он, глядя на свою, по сути, осиротевшую при живых-то родителях девочку.
Они проводили вместе каждую минуту, и дед всеми силами старался заменить ей обоих родителей, чтобы Злата не чувствовала себя брошенной. Мать девочки, Жанна, почти не появлялась в деревне, лишь иногда звонила на праздники. Каждый такой звонок оставлял тягостный осадок, и Леонидыч, вздыхая, лишь качал головой.
«Ну что за непутевая мамаша у тебя!» — взяла да бросила все в один момент, хоть бы раз приехала. Но лучше бы таких мыслей ему в голову не приходило. Спустя год Жанна действительно вернулась.
И ее приезд совпал с тяжелой трагедией. Отец Златы погиб на работе, и домой его привезли в гробу. Для Никодима Леонидыча это стало серьезным ударом, от которого он едва не сломался.
Похоронив сына, он будто потерял все силы, а вместе с ними и сам смысл жизни. Бодрый, крепкий мужчина в один миг превратился в немощного старика. И когда Жанна, внезапно объявившись в деревне, заявила, что хочет забрать Злату в город, Леонидыч был готов вымаливать у нее право оставить внучку.
«Жанна, послушай, ну зачем тебе Злата? У тебя там своя жизнь и новый муж, и который ей просто чужой. А я здесь совсем один останусь. Не отбирай у меня последнее, что у меня есть».
Голос старика дрожал от отчаяния, а глаза блестели от скупых слез, которые он едва сдерживал. Но Жанне было наплевать. Ее не тронули ни слезы старика, ни его мольбы.
Забрать Злату было для нее делом расчета, ведь за смерть мужа полагались серьезные выплаты. И она не собиралась делиться ими с дедом. Девочка, сама не желавшая покидать родной поселок и уходить из-под дедовой опеки, только пряталась за его спиной, умоляя.
«Дедушка, не отпускай меня! Я не хочу к маме!» — всхлипывала она, цепляясь за его руки. Но даже это не тронуло сердце Жанны. Ей было все равно на чувства дочери.
Она грубо потянула Злату за руку, заставляя сесть ее в машину. «Ну ты посмотри! Какая же ты непослушная девчонка! Немедленно прекрати устраивать сцены! Я что, зря сюда приехала? Чтобы терпеть твои капризы?» — раздраженно крикнула Жанна, крепко схватив Злату за руку и потащив ее к машине. «Я не хочу никуда ехать! Оставь меня с дедушкой!» — плача упиралась девочка, всхлипывая вместе с тем самым дедушкой, который сейчас стоял беспомощно у ворот, и ничего не мог поделать.
Машина рванула вперед, увозя Злату прочь от любимого дома и дедушкиной заботы. Ей казалось, что все, что было таким дорогим и родным, осталось позади и вскоре навсегда исчезнет из ее жизни. «Ну перестань уже! Хватит устраивать драму! Никто тебя не обижает!» — ворчала Жанна, бросая косые взгляды на всхлипывающую дочь.
«Сколько можно по деревне бегать с дедом! Тебе в школу пора! Ума набираться! Тебе уже скоро восемь лет! Дядя Жора обещал устроить тебя в самую лучшую школу в городе! Вот приедем, познакомлю тебя с ним, сама скоро увидишь, как все будет хорошо!» Но Злата не хотела ни в школу, ни в город, и уж тем более не горела желанием знакомиться с дядей Жорой. Как только она его увидела, ее сердце тотчас наполнилось неприязнью. Георгий тоже особо не был в восторге от появления девочки в их жизни.
Он был женат, уже имел своих детей, и перспектива возиться с чужой дочерью казалась ему просто невыносимой. И теперь вместо тихих встреч с удобной и покорной Жанной его ждала постоянная конфронтация с капризной Златой. «Ну зачем ты ее сюда привезла?» — неоднократно жаловался Георгий матери девочки.
«У нас ведь все было прекрасно, пока она не появилась. Теперь каждый раз, когда я прихожу, этот ребенок только и делает, что портит мне настроение». «Ты же не можешь ее даже в порядок привезти!» Жанна, устав от постоянных упреков, срывалась на дочери, ругала ее и угрожала отправить в интернат, если та не прекратит вести себя отвратительно.
«Да твой Жора просто дурак! Он и шуток даже не понимает! Лучше бы ты меня к дедушке обратно отвезла! Так всем легче будет!» — дерзила девочка, злясь на мать и ее любовника. С каждым днем отношения между матерью и дочерью становились все хуже. А после того, как Георгий окончательно ушел, Жанна обвинила во всем Злату.
«Вот что ты наделала! Я хотела, чтобы у тебя все было, чтобы ты жила как человек! А ты все разрушила своей неблагодарностью!» — кричала мать на дочь, не находя в себе сил признать собственные ошибки. Поначалу, после разрыва с богатым любовником, у Жанны еще оставались кое-какие сбережения и дорогие подарки, на которые они и жили. Несколько месяцев они еще как-то продержались на этих деньгах и пособии на ребенка.
Но вскоре начались совсем трудные времена, когда роскошь сменилась вечной нехваткой денег. А непонимание между матерью и дочерью стало еще глубже. Жанна постоянно сдавала что-то в ломбард.
Она никогда не училась и никогда не хотела работать. Сначала ее содержал муж, который трудился на своих вечных вахтах, а затем Георгий. Когда все сбережения закончились, Жанна нашла нового мужчину.
Его поведение и привычки ясно давали понять, что он связан с криминальным миром. Этот новый сожитель матери был грубым и вспыльчивым. Он не собирался быть терпеливым или заботливым ни к ней, ни к ее дочери.
Ссоры в их доме часто переходили в драки, и Злата вскоре уже привыкла к тому, что вокруг постоянно крутятся какие-то подозрительные люди. Алкоголь лился рекой, а нецензурная ругань стала фоном их повседневной жизни. Девочка даже не могла больше мечтать о возвращении в родной поселок к деду, с которым когда-то чувствовала себя защищенной и любимой.
Леонидыч умер в одиночестве, оставленный в своем ветхом доме и никому не нужный. В тот день ему стало очень плохо, но он не смог никого позвать на помощь. Когда соседи, забеспокоившись, заглянули в дом, было уже слишком поздно.
Старик тихо лежал на кровати, а его глаза, лишенные жизни, были устремлены в потолок. Жанна даже не поехала хоронить свекра, ей было просто все равно. Погребением занимались неравнодушные соседи, и Злата даже не знала о смерти любимого дедушки.
Однажды, в очередной раз прося мать отпустить ее к деду, девочка услышала от матери ошеломляющий ответ. — Да нет уже твоего деда. — Умер давно, — бросила Жанна резко, злобно смотря на дочь.
— Что значит умер? Злата замерла, не веря своим ушам. — Как могла мать скрыть от нее такую ужасную трагедию? — Почему никто не сказал ей раньше? — Почему не дали попрощаться с любимым дедушкой? — Мама, а почему ты не поехала на похороны? Почему мне не сказала? Слезы текли по щекам девочки, и она едва могла говорить в этот момент. Однако вместо сочувствия или извинений Жанна еще больше разозлилась.
— Хватит реветь уже. Ничего страшного, старый он был, и никому не нужный. — Он был нужен мне, мама, — прошептала Злата сквозь рыдания.
— Ты плохой человек. Эти слова окончательно разозлили Жанну, и она, не сдерживая злости, в ту же секунду выпалила. — Ну, раз я такая ужасная, тогда, может, тебе лучше будет без меня.
— Я думала, что ты нуждаешься в матери, но раз так, считай, что ее у тебя больше нет. Тварь неблагодарная. И очень скоро Жанна отдала дочь в интернат.
С того самого момента Злата больше никогда не видела свою мать. Вот так. В один короткий миг она стала круглой сиротой.
При живой-то матери. Злата чувствовала себя маленькой птичкой, запертой в клетке, словно у нее подрезали крылья. Она часами сидела у окна, мечтая о том времени, когда могла беззаботно бродить по лесу.
Что рос неподалеку от ее родного поселка, когда шлепала босыми ногами по прохладной воде ручья, весело журчащего среди полян, усыпанных цветами. Это было самое лучшее время в ее жизни. Больше всего на свете Злата тосковала по деду.
Его теплому взгляду, милым морщинкам вокруг глаз и доброй, немного лукавой улыбке. Она скучала по тем ласковым прозвищам, которыми он так щедро ее одаривал. А когда хотел слегка поругать внучку, называл ее просто Златкой, словно она была котенком.
Шли годы, и жизнь Златы постепенно менялась. Она закончила училище, но, столкнувшись с реальностью взрослой жизни, поначалу даже растерялась. Что же теперь делать? Учеба завершилась, общежитие, в котором она жила, пришлось покинуть, а собственного жилья у нее не было.
Формально у нее оставался старый дедушкин дом в деревне, но Злата не могла вернуться и туда. Она очень боялась столкнуться с призраками прошлого. Работу найти было непросто.
Молодую и неопытную девушку просто не воспринимали всерьез. Ее возможности ограничивались самыми простыми и низкооплачиваемыми вакансиями. И, в конце концов, Злата устроилась на самый обычный склад.
Поначалу ей поручали только сортировку товаров, но спустя пару месяцев ей доверили больше и пришлось заменить кладовщицу. Работа стала для нее привычной и самой обычной. Она освоилась и начала чувствовать себя немного увереннее.
На складе Злата познакомилась с симпатичным парнем Дмитрием, водителем, который был старше ее на несколько лет. Он был веселым и заботливым и всегда умел рассмешить девушку. Его доброта и легкость покорили ее и вскоре Злата влюбилась.
Высокий и уверенный в себе Дмитрий быстро завоевал ее сердце. И она сама сразу не заметила, как без оглядки погрузилась в эти новые для нее чувства. И вот однажды Злата поняла, что она беременна.
«О, Боже мой, что же теперь со мной будет?» Она неотрывно смотрела на Диму, надеясь, что тот оперативно предложит выход из ситуации. «У меня ведь ни семьи, ни жилья. Как же я справлюсь еще и с ребенком?» Дмитрий, казалось, был полон уверенности.
«Не переживай, дорогая. Все будет отлично. Я все улажу.
Обещаю тебе. Наш малыш ни в чем не будет нуждаться. Я о всем позабочусь.
Просто дай мне немного времени». Его слова звучали настолько искренне, что Злата даже не усомнилась в них. Она верила ему, как никогда никому не верила раньше.
Но спустя несколько дней жизнь начала рушиться прямо у нее на глазах. На склад, где она работала, неожиданно нагрянула проверка. А за ней сразу последовала и полиция.
Выяснилось, что со склада исчезла крупная партия товаров, и все подозрение пало на Злату. В тот злополучный день как раз она и дежурила на складе. «Я ничего не брала, и я ничего не знаю!» Злата рыдала, пытаясь оправдаться перед полицейскими.
«Я просто подписывала накладные! Дима, ты же подтвердишь, что я непричастна!» Она искала глазами спасения в лице своего любимого, но Дмитрий, не сказав ни слова, лишь отвернулся. И молча вышел из комнаты. И тут до Златы начала доходить, ее просто подставили.
Вспоминала, как Дима всегда был рядом, когда она подписывала документы, шептал ей на ухо милые слова, отвлекая нежными поцелуями. Он делал все, чтобы ее внимание не было сосредоточено на бумагах, которые ей подсовывали. После ее ареста Дмитрий словно растворился.
Ни следа, ни намека на его присутствие в ее жизни. Он исчез, оставив Злату совершенно одну, полностью разрушенную. Его обещания оказались пустым звуком, наглой ложью, в которую она так слепо верила.
Для него она больше не имела никакого значения. Просто выполнила свою роль, стала жертвой, и теперь была никому не нужна. Позже стало известно, что у Дмитрия были давние отношения с заведующей складом, с которой они и провернули это грязное дело.
Вместе они и придумали план, чтобы обчистить склад, подставив доверчивую и влюбленную Злату, которая стала лишь невольной пешкой в их преступной игре. Злате казалось, что разбирательства длились целую вечность. Сидя сначала в СИЗО, а затем в тюремной больнице из-за беременности, она каждый день переживала, что справедливость никогда не восторжествует.
Однако, в конце концов, судьба в этот раз повернулась к ней лицом. Все обвинения с нее были сняты, а настоящие виновники получили по заслугам. Дмитрия арестовали в другом городе, и его сдала никто иная, как та самая заведующая складом, с которой он был заодно.
Чудом избежав тюрьмы, Злата, наконец, была оправдана. Когда она вышла на свободу, ее уже встретила поздняя осень. Холодный пронизывающий ветер срывал с деревьев последние листья, а тонкий плащ, в котором ее арестовали еще весной, не спасал от холода.
Злата совсем не знала, куда ей теперь идти. Квартира, которую она снимала, уже давно была сдана другим, а денег на аренду нового жилья у нее не было, в кармане ни копейки, и обратиться за помощью было просто некуда, ни родных, ни друзей. Снова круглая сирота.
Совсем замерзшая и растерянная, она вспомнила о доме своего дедушки, который остался ей по наследству, но как туда добраться? На дорогу в родной поселок, ведь тоже нужны были деньги, и в ту ночь ей пришлось ночевать на вокзале. И это было худшее, что она когда-либо переживала в своей жизни. Она чувствовала себя униженной и абсолютно беспомощной.
Ей казалось, что все потеряно, и будущее больше не обещает ей ничего хорошего. Но судьба снова преподнесла ей подарок. Одна милая бабушка, проходившая мимо на вокзале, заметила беременную, уставшую молодую женщину.
Сжалившись, та подошла к ней. «Доченька, что ты здесь делаешь с таким-то животиком? Почему не дома?» Молодая женщина, уставшая и одинокая, не смогла сдержать слез. Она рассказала незнакомке всю свою историю.
Как ее подставили на работе, как она потеряла все, и как теперь не знает, куда ей идти. «Не плачь, родная, — тихо успокоила ее женщина. — Я помогу тебе.
Давай куплю тебе билет и дам немного денег. У меня ведь тоже внучка есть. Не дай бог, с ней бы случилось подобное!» Слова доброй старушки в один миг согрели сердце Златы.
Она не могла поверить в свое счастье. Женщина действительно купила ей билет и дала немного денег на первое время. И вот Злата уже ехала в поезде, ощущая в душе истинную радость.
Она возвращалась домой. Ее ждал старый дедушкин дом, заброшенный сад и любимые лесные тропинки, где она когда-то бегала босиком, и тот ручеек, в котором она мечтала о далеком море. И это все будет снова ее, как и раньше.
Только вот одного там не было, ее любимого дедушки. Он давно ушел, и с тех пор много воды утекло. Но память о нем жила в каждом уголке того места, куда она возвращалась спустя столько лет.
Дом стоял заброшенным уже долгие годы. Сорняки и густые заросли практически скрыли его от глаз прохожих, и даже с дороги теперь трудно было разглядеть старый заколоченный дом. Тяжелая дверь, покрытая ржавчиной и скрипящая от малейшего прикосновения, никак не хотела поддаваться.
Сколько Злата не пыталась ее открыть, все тщетно. Поняв, что справиться самостоятельно ей не получится, она решила попросить помощи у кого-то из соседей. В соседнем дворе кто-то хлопотал у дровянника.
Это был молодой мужчина, занятый рубкой дров. Увидев его, Злата робко подошла ближе и окликнула. — Извините, пожалуйста, не могли бы вы мне помочь с дверью? Она совсем не открывается.
Мужчина повернулся к ней, и Злата сразу заметила, что он хромает. Ей стало очень неловко за свою просьбу. — Ой, извините, я, наверное, не вас должна была звать за помощью.
Не хочу вас беспокоить. Простите еще раз. Но прежде чем она успела закончить фразу, мужчина расплылся в широкой улыбке, в которой Злата внезапно узнала что-то до боли знакомое.
— Злата, неужели это ты? — радостно воскликнул он, махая рукой. — Ну надо же! Сколько лет прошло? — Простите ради бога, — смущенно ответила она. — Но я вас совсем не помню.
А как вас зовут? — Неужели забыла? Я же Толик. Помнишь, как мы в детстве вместе гонялись друг за другом? Ты меня никогда догнать не могла. Злата на секунду задумалась, вспоминая свое светлое детство.
А потом, увидев в его лице озорного мальчишку, с которым они вместе играли у ручья, удивленно воскликнула. — Толя? — Да, теперь вспоминаю. — Прости меня, просто твоя хромота меня совсем отвлекла.
Я не узнала тебя сразу. — Да ничего страшного, — Толя немного опустил взгляд. — Это еще тогда случилось, как ты уехала.
Ногу как раз тогда и повредил, и с тех пор так и живу. Теперь на поселке меня все люди Толей Кривоногим зовут, но я совсем не обижаюсь. А зачем обижаться на правду? Толя, несмотря на свою хромоту, с готовностью поспешил помочь Злате.
Они вдвоем налегли на покосившуюся дверь, и после нескольких усилий она со скрипом поддалась, открыв взору запыленное и темное помещение. Ого! Да тут, наверное, уже и привидения завелись, — пошутил Толя, оглядывая пыльные комнаты. — Смотри, сколько тут паутины.
Тебе с твоим животиком тяжеловато будет все это убирать. Давай я помогу. Толя оказался весьма ловким и трудолюбивым парнем, и без раздумий принялся помогать Злате.
Они вместе перетаскивали старую мебель, чинили покосившиеся двери и разбитые окна. Толя вытряхивал коврики и дорожки, а потом помогал вывесить выстиранное белье. Работа шла намного быстрее, и с его помощью дом вновь начал обретать прежний уют.
Злата была очень благодарна своему старому другу. Толя оказался не просто соседом, а настоящей поддержкой, которая к тому же пришла как раз вовремя. — Толечка, спасибо тебе большое.
Даже не знаю, как бы я без твоей помощи справилась. Я ведь думала, что буду здесь совсем одна, когда вернусь. А оказалось, у меня тут такой хороший друг! — искренне улыбнулась Злата, глядя на парня.
— Да ну, не стоит меня благодарить! — лишь отмахнулся Толя, улыбнувшись в ответ. — Мы ж свои люди, соседи все-таки. Да и в детстве дружили.
Злата снова посмотрела на Толю. Хороший он был, как и раньше. Хотя годы и прибавили ему серьезности, но в глубине души он остался тем же веселым и отзывчивым парнем, каким она его знала в детстве.
— Слушай, Толя, а давай еще доберемся до дедушкиного дивана? — предложила она, посмотрев на старую мебель в углу комнаты. — Это ведь настоящая раритетная вещь, еще дореволюционная. Дедушка его берег как зеницу ока.
Этот кожаный диван с подтертыми подлокотниками видел не одно поколение нашей семьи. Дед всегда говорил, что он переживет еще три поколения, как минимум. — Серьезно? — удивился Толя, оглядывая диван.
— Ну тогда это настоящий артефакт. Злата лишь рассмеялась, вспоминая свои детские шалости. Да уж я хорошо помню, как в детстве однажды пыталась на нем попрыгать, чтобы проверить, насколько крепкие пружины у этой старинной мебели.
И дед тогда на меня буквально рявкнул. — Златка, быстро убери свои кости с дивана. На нем не прыгать нужно, а возлежать, как барин, который тут отдыхал сто лет назад.
Уважай диван. Злата подражала деду в этот момент, грозно сдвигая брови, а затем громко рассмеялась. Толя, улыбнувшись ее воспоминанием, тут же лукаво предложил.
— Ну что, дорогая, сейчас ты уже можешь исполнить свою детскую мечту. Давай, я тебе помогу забраться. Но Злата, покачав головой, с улыбкой ответила.
— Нет, не хочу. Я ведь деда любила, и его память для меня важна. Он всегда требовал уважения к этому дивану, и я его тоже буду уважать, даже сейчас.
Лучше просто посижу, как в далеком детстве. Что-то устала я за сегодня. И она аккуратно опустилась на диван.
И вдруг кожаная обивка дивана, вся потрескавшаяся за долгие годы в холодном и неотопливаемом доме, зловеще затрещала, когда Злата осторожно уселась на него. Она чуть подвинулась, пытаясь устроиться поудобнее, и в этот момент старый материал неожиданно разошелся в швах. — Ой, а что это такое? — Злата резко вскочила, чувствуя, как что-то твердое укололо ее через прореху в диване.
— Толя, послушай, там внутри точно что-то спрятано. Обивка и поролон, почти полностью истлевшие от времени, вдруг просто рассыпались. Обнажив небольшой деревянный ящичек, который оказался запрятанным глубоко внутри дивана, они подозрительно переглянулись между собой, и Злата осторожно раскрыла находку.
Под слоем старых царских облигаций поблескивали золотые червонцы и драгоценности. — Ничего себе! — Толя почесал затылок, глядя на содержимое. — Теперь понятно, почему твой дед никому не позволял прыгать на этом диване.
Вот это находочка! Злата, потрясенная открытием, задумчиво произнесла. — Ты знаешь, Толя, а мне кажется, что мой дедушка и сам не догадывался об этих сокровищах. Он как-то рассказывал, что его дед служил у местного помещика.
Наверное, это сам барин и спрятал все в диван, когда в деревне установилась советская власть. — Интересно, а его дед знал про это? Или ему просто диван достался, когда у барина все конфисковали? Вот так и жила его семья, не подозревая, что сидит на целом состоянии, — задумчиво проговорил Толя, продолжая осматривать находку. — Да кто теперь разберет? — Может, и знал, — предположила Злата, — но боялся, что барин когда-нибудь вернется и потребует свое назад.
Времена ведь тогда были страшные. — Ну, теперь уж точно никто не потребует, — лишь ухмыльнулся Толя. — Облигации, конечно, сейчас уже бесполезны.
А вот золотые червонцы — это другое дело. С ними тебе точно будет легче начать новую жизнь. Злата хорошо понимала, что настоящая дружба и поддержка в трудные минуты ценнее любых сокровищ на свете.
Анатолий был с ней в самый тяжелый период ее жизни, и это значило для нее намного больше, чем все найденные золотые червонцы. Он всегда был рядом и всегда готов помогать во всем. И с помощью Анатолия Злата смогла продать часть найденных драгоценностей, отремонтировать дом и даже подготовить уютную детскую для будущего сына.
Когда пришло время рожать, именно Толя отвез ее в роддом, а потом встречал с цветами, несмотря на лютый мороз. Дедушкин дом, ее родной и теперь обновленный, встретил Злату уютом и теплом, ведь Толя заранее протопил печь и вымыл полы. Со временем Злата почувствовала, что сильно привязалась к Толе.
Он тоже был к ней неравнодушен, но его постоянная сдержанность ее озадачивала. Она долго гадала, почему Анатолий, несмотря на очевидную симпатию, держался от нее на расстоянии. И постепенно до нее дошло.
Дело было в его хромоте и в том богатстве, которое внезапно свалилось на нее. Толя, скорее всего, решил, что она теперь богатая и завидная невеста. А что он? Простой деревенский парень, да еще и с увечьем, он ей явно не пара.
Стояли последние дни апреля, и на улице было почти по летнему тепло. Прям как в тот день, когда она еще маленькая, бегала по ледяному лесному ручью, а дед ласково ее поругивал. И вот Злата предложила Толе устроить пикник на том самом месте.
— Толя, послушай, помоги мне, пожалуйста! — хитро начала она. — С Марком мне самой туда никак не добраться. Да и коляска по лесу не проедет, а нести его мне уже тяжело.
Они сидели на берегу ручья, наслаждаясь солнцем и теплом. Их босые ноги, опущенные в воду, приятно омывались прохладными потоками. Маленький Марк сладко посапывал в переноске на свежем воздухе.
И Злата решилась, наконец, задать один важный для нее вопрос. Она внимательно посмотрела на Толю, который по привычке отвел глаза в сторону. — Толя, послушай внимательно! — начала она, собираясь с духом.
— А почему ты меня замуж не зовешь? — Это из-за Марка? Ее вопрос застал парня врасплох. Злата знала, что дело вовсе не в ребенке, ведь Толя относился к маленькому Марку как к родному сыну. Но она решила не показывать, что все понимает.
Даже самые искренние и простодушные женщины могут быть по-женски хитры. Анатолий молча обнял ее и посмотрел в глаза. И спустя мгновение твердо пообещал, что скоро они поженятся.
После свадьбы Злата настояла, чтобы Толя сделали операцию в одной из лучших столичных клиник. Хирурги творили чудеса, и после лечения Толя почти перестал хромать. Затем жизнь пошла своим чередом — дом и заботы, радости и суета.
Они занялись своим хозяйством. Построили оранжерею, развивали теплицы и добились на этом поприще немалых успехов. А через несколько лет в семье родились две чудесные дочери-близняшки.
И вот в один солнечный сентябрьский день они вместе отвели Марка в первый класс. Мальчик стоял перед классом и читал стихи про школу. А родители, наблюдая за ним, не могли не радоваться тому, каким он стал серьезным и взрослым.
Злата все чаще ловила себя на мысли, что ее сын с каждым годом становится все больше похож на своего прадеда. И не только внешне, но и в манере держаться на людях. Когда уроки закончились, вся семья возвращалась домой.
Близняшки весело скакали вперед, хохоча и перебивая друг друга. А Марк шел рядом с отцом, уверенно шагая, как и подобает старшему брату и школьнику. Злата просто наслаждалась этим тихим семейным моментом, когда вдруг услышала, как кто-то ее окликнул со стороны.
«Хозяйка, мне бы расчет получить! Скажи бухгалтерше, чтобы выдала, наконец!» — прозвучал до боли знакомый голос. Злата оглянулась и в ту же секунду остолбенела. Ведь увидела перед собой Дмитрия! Того самого, кто когда-то так подло обманул ее.
Она не могла поверить своим глазам. Оказывается, он все это время работал на ее предприятии, и она даже не знала об этом. Последние недели перед первым сентября в Оранжерее всегда были самыми напряженными.
Горячая пора требовала дополнительной рабочей силы, и Злата вместе с Анатолием нанимали сезонных работников из города. И как раз Дмитрий и оказался среди этих людей. И когда они столкнулись лицом к лицу, оба, конечно, сразу узнали друг друга.
Дима, невольно смутившись, в ту же секунду заметно поник. Его внешний вид и унизительный тон просителя явно не соответствовали тому, кем он был когда-то в ее жизни. Но Злата даже не подала виду, что знает его.
Она не хотела возвращаться в прошлое, особенно в присутствии Марка. Мальчику совсем не обязательно было узнавать, кто этот человек перед ним. Да и сегодняшний день был слишком важным для семьи.
«Да, конечно! Сегодня же позвоню бухгалтеру, и все вам выдадут», — ответила суха Злата. И вы получите деньги незамедлительно. Достав мобильный телефон из сумки, Злата быстро набрала номер бухгалтера.
«Анечка, привет! Я звоню к тебе по делу», — начала разговор Злата. «Рассчитай, пожалуйста, одного работника. Он придет к тебе лично», — суха сказала она, глядя на Дмитрия безо всякого выражения в глазах.
«Спасибо тебе, дорогая! Меня сегодня тоже не будет, так что можешь отдыхать. С праздником тебя!» Закончив разговор, Злата еще раз быстро окинула Диму взглядом и молча направилась к своей семье. Дмитрий, совсем не зная, что и сказать, просто поплелся к автобусной остановке. Каждый отправился в ту жизнь, которую выбрал и заслужил. И на этот раз навсегда!
