Эксузаключенная вышла замуж за состоятельного инвалида на коляске – соседи только шептались и тыкали пальцами! Но в первую ночь после свадьбы ее крик озадачил всех…
Денису исполнилось 23, и он только что окончил школу в одном из районов Киева. Парень вырос в зажиточной семье под пристальным глазом деда Василия, чья дочь, мать Дениса, умерла в родах, оставив ему внука на воспитание. Василий так и не узнал, кто был отцом парня — дочь никогда не рассказывала о своих поклонниках. А тот, кто должен стать отцом, исчез, как только услышал о беременности, оставив ее саму.
Молодая женщина даже не намекнула Василию, где искать этого неудачника. Ей было безразлично – она выбросила его из головы. Денису повезло, что его растил дед. Василий был человек с головой на плечах: многое видел, самостоятельно построил успешный бизнес. До того, как стать предпринимателем, он не гнул спину на заводе — нет, он был инженером еще в советское время, зарабатывал приличные деньги, имел уважение. Жена его, бабушка Дениса, преподавала математику в школе, была умной и терпеливой. Но однажды Василий решил рискнуть — пошел в коммерцию, ища лучшей судьбы.
Когда Денис подрос, бизнес деда уже гудел по всему Киеву. Василий владел сетью заправок, несколькими столярными цехами на Троещине и магазинами в центре. Все это приносило безумные прибыли, а Денис, как единственный наследник, становился лакомым кусочком для местных девушек. Парень рос послушным, толковым, хорошо учился, не ввязывался в глупые истории. Мог и кулаком грянуть, если кто-то лез не в свои дела.
После школы Денис задумался, как жить дальше. Деньги и возможности были, но он оставался наивным, доверял людям больше сердцем, чем умом. Из-за этого частенько попадал в передряги. Серьезно не влюблялся, пока не встретил Елену. Ее темные глаза и теплая улыбка поразили его, и он сразу решил: это его судьба.
Отношения с Еленой закружились быстро, как вихрь на Подоле осенью. Денис умел произвести впечатление: цветы с доставкой на дом, ужины в уютных кафе на Крещатике, прогулки по вечерним паркам. Он знал, как растопить девичье сердце, и Елена скоро сдалась — согласилась на знакомство с Василием. Денис настоял, потому что горел желанием показать деду свою избранницу. В старинном доме на Печерске был назначен ужин. С самого утра прислуга гудела, как пчелы: пылесосили ковры, натирали серебряные ложки, готовили борщ с пышками и котлеты по-киевски.
Елена волновалась не меньше. В своей маленькой квартире на Оболони она перебирала платья, вертелась перед зеркалом, поправляла локоны. “А что, если я им не понравлюсь?” — думала она, грызя ногти. Наконец выбрала синее платье, подходящее к ее глазам, и поехала на встречу.
— Рад тебя видеть, моя хорошая! — Василий широко раскрыл объятия, когда Елена переступила порог. Его голос был теплым, как майский ветер. — Проходи, садись за стол, не стесняйся.
– У вас такой красивый дом, и пахнет, как у мамы на кухне, – улыбнулась Елена, осторожно садясь за стол. – Я так волновалась, думала, ноги не донесут, но с вами так легко!
Она старалась понравиться Василию, расспрашивала о его молодости, смеялась над его шутками. Денис сидел рядом, сиял от счастья, видя, как его дед и любимая нашли общий язык. После ужина Василий увел внука в кабинет — старый, заваленный бумагами, с запахом кофе и древесины.
– Красивая девушка твоя Аленка, – сказал он, похлопав Дениса по плечу. – Но слушай меня, не спеши. Девушки – это загадка. Не обижайся, я не о ней, а вообще. Будь осторожным, не ныряй с головой. – Хорошо, дед, я подумаю, – кивнул Денис, хотя глаза его горели от влюбленности
Но Василий знал: внук слишком увлечен, чтобы слушать рассудок. Так что решил действовать сам. Василий не зря прожил столько лет — жизнь научила его не доверять только словам и улыбкам. Он нанял ребят из частной фирмы на Лукьяновке, чтобы проследить за Еленой. Телефон ее прослушали, маршруты выследили: куда ходит, с кем видится, что говорит. Дед не хотел рисковать счастьем внука, потому что помнил, как сам когда-то обжегся на доверии. «Интуиция – лучший советник», – любил повторять он, наливая себе крепкого кофе.
Через неделю Василий вызвал Дениса в свой кабинет. На столе лежала толстая папка с распечатками – плоды недельной работы «детективов». Денис зашел, еще не подозревая, что его мир сейчас перевернется.
– Садись, портянка. Должны поговорить серьезно, — Василий нахмурил брови, ткнув пальцем в бумаги. – Это о твоей Елене.
— Что случилось, дед? – Денис почувствовал, как в груди похолодело.
– Не горячись, выслушай. Я последовал за ней. И вот что нашел, – Василий протянул папку. – Читай внимательно.
Денис взял бумаги трясущимися руками. Поначалу он не верил глазам: разговоры, банковские выписки, долги. Елена оказалась не такой простой, как казалось. Она погрязла в кредитах — брала ссуды у «Привата», «Монобанка», даже в ломбардах на Позняках. Предыдущего парня она обобрала в нити, а теперь искала нового «спонсора». Денис был идеальной мишенью: молодой, богатый, доверчивый. С ее подругой она по телефону смеялась, что “возьмет его в оборот”, выйдет замуж, а потом разведет, завладев бизнесом.
– Как она могла? – прошептал Денис, сжимая кулаки. — Я же ей верил, как дурак из Борщаговки!
– Не кори себя, – Василий положил руку ему на плечо. – Мы ее разоблачим. А ты учись: не всем можно открывать душу.
В тот же вечер Денис порвал с Еленой, бросив ей в лицо улики. Она кричала, что все неправда, но в конце концов сорвалась на истерику и ушла.
После разрыва с Еленой Денис долго не мог прийти в себя. Восемь месяцев он ходил, как тень: сидел в своей квартире на Дарнице, листал ленту в телефоне, пил чай с ромашкой, избегал громких компаний. Василий видел, как внуку тяжело, но не давил — знал, что время все залечит. “Ты еще молод, жизнь впереди”, – говорил он, заходя с домашними пирожками.
Но вот однажды Денис зашел в маленькую кофейню на Русановке. Там работала Юля — официантка с русым хвостиком и искренней улыбкой. доброта манила его, как весеннее солнце после холодной зимы.
– Добрый день! Как обычно, кофе с корицей? – улыбнулась Юля, ставя перед ним чашку.
– Да, спасибо. Ты всегда знаешь, что мне нужно, – ответил Денис, чувствуя, как сердце бьется быстрее.
Он хотел познакомиться поближе, но опыт с Еленой тормозил его. «Вдруг она такая же? Видит во мне только кошелек?
— Дед, я не знаю, что делать, — пожаловался он однажды Василию, сидя на кухне. – Она мне нравится, но я боюсь.
– Проверь ее, – коротко бросил Василий, режя хлеб. — Притворись бедным, посмотри, как поведет себя. Если сердце у нее чистое – останется с тобой, а нет – то и не жалко.
Денис задумался. Идея была рискованна, но он решил пойти дальше: притвориться не просто бедным, но и больным. Он взял у знакомого инвалидную коляску и придумал историю, которая должна была все проверить. Денис исчез из кофейни на целый месяц — готовился к своей роли. Он отрастил легкую щетину, растрепал чубы, достал старенький свитер из шкафа. Тележка одолжила у друга, который когда-то травмировал ногу на строительстве. Историю придумал простую, но трогательную: несчастный случай, потеря бизнеса, одиночество. Все, чтобы проверить Юлю на крепость.
Однажды в солнечный день он заехал на коляске в кафе. Юля как раз протирала столики, когда увидела его. Поднос в ее руках качнулся, глаза расширились от шока.
— Ой, привет… Это вы? – тихо спросила она, подходя ближе. – Что с вами произошло?
– Да вот, не лучшие времена, – Денис вздохнул, опустив взгляд. — Садись, если можешь, расскажу.
Юля приснула за столик, забыв о своей смене. Денис начал рассказывать: о вымышленной аварии на окружной, о банкротстве его «фирмы», о бросившей его невесте, как только он оказался в беде. Он играл так убедительно, что сам едва не поверил.
– Все свалилось сразу. Бизнес развалился, я едва выбрался из депрессии. А потом еще и это, – он кивнул в коляску. – Теперь я никто.
– Мне так жаль, – Юля сжала его руку. Ее голос дрожал. – Но ты держись. Если что надо, звони, я помогу.
С этого времени Юля стала для Дениса опорой. Она звонила после работы, приносила ему домашние пирожки с картошкой, рассказывала смешные истории из кафе. Ее зарплата была скромной – едва хватало на аренду комнаты на Левом берегу, – но она всегда находила, чем его порадовать. Денис видел, что она искренняя, но все еще не признавалась в своей игре. Ему нравилось, как она заботится, и он чувствовал, что влюбляется по-настоящему.
Юля все больше привязывалась к Денису. Ее забота была такой искренней, что он чувствовал себя виноватым за свой обман. Однажды вечером, когда они сидели в ее крошечной арендованной квартире на Позняках, она вдруг сказала:
— Денис, я хочу быть с тобой. Давай жить вместе, – ее глаза блестели, голос был исполнен надежды. – Я не могу оставить тебя самого со всем этим.
– Ты не понимаешь, – ответил он, отводя взгляд. – Я инвалид, у меня ничего нет. Ты молода, захочешь другую жизнь. Я буду обузой.
– Не смей так говорить! – Юля схватила его за руку, в глазах зазвучали слезы. — Мне все равно, что у тебя нет денег. Я хочу быть рядом и все.
Ее слова растопили его сомнения. Денис согласился, и они сняли маленькую двухкомнатную квартиру на Троещине.
Денис чувствовал себя счастливым, но тайна грызла его изнутри. Однажды Юля решила открыться сама.
— Слушай, мне нужно кое-что рассказать, — начала она, нервно крутя ложку в руках. — У меня было непростое прошлое.
Пришлось работать продавщицей в магазине. А там был один гад – начальник, женат, но приставал ко всем. Мне пригрозил повесить недостачу, если не поддамся. Я не стерпела – треснула его стеклянной бутылкой по голове. Он написал заявление и меня посадили на два года. Но вышла досрочно – начальник колонии помог, даже рекомендацию написал для кафе.
– Вот паскуда, – вырвалось у Дениса. – Надеюсь, его карма догнала.
Денис слушал Юлину исповедь, и в груди у него кипела злость на того подонка, что разрушил ей жизнь. Но в то же время он чувствовал облегчение: она была честной, не скрывала правды. Ее глаза, полные слез и стыда, говорили больше, чем слова.
– Ты не сдалась, осталась собой, – тихо сказал он, сжимая ее ладонь. – Это главное.
Юля улыбнулась сквозь слезы, и Денис понял, что пора для последней проверки. Он хотел быть уверенным, что ее чувства — не просто жалость или расчет. На следующий день, когда они пили чай на кухне, он завел разговор.
– Знаешь, врач сказал, что шанс есть, – начал он, делая вид грусть. – Можно сделать операцию, поставить хребет на место. Но это сумасшедшие деньги – несколько сотен тысяч гривен. У меня таких нет, так что, наверное, буду сидеть в этой коляске еще годы.
Юля замерла, держа чашку в руках. Потом отставила ее и решительно посмотрела на него.
— Мы что-нибудь придумаем. Я не дам тебе сдаваться, – сказала она твердо.
Следующие дни Юля гудела, как пчела: принимала дополнительные изменения в кафе, искала подработку. Ее подруги крутили пальцем у виска: «Ты что, Юлька, вечно его будешь тащить? Лучше ребенка народы, чем с калекой возиться!» Но она не слушала их. За неделю до скромной вечеринки, которую они планировали как «зарручина», Юля пришла домой с пакетом и сияющей ухмылкой.
– Вот, держи, – она протянула ему конверт с деньгами. – Я взяла кредит в банке. Проценты высоки, но я справлюсь. Ты будешь ходить, Денис, я обещаю!
Он взял конверт, а сердце сжалось от ее самопожертвования. В тот момент Денис понял: пора открывать карты.
Денис сидел с конвертом в руках, а в голове жужжали мысли.
– Юль, садись, – тихо сказал он, откладывая конверт. — Мне нужно тебе кое-что сказать.
Она села напротив, ее лицо нахмурилось от предчувствия.
– Я не тот, за кого себя выдавал, – начал Денис, глядя ей в глаза. – Я не беден и не болен. Тележка – это выдумка. Я хотел проверить, искренни ли твои чувства, не гоняешься ли ты за моими деньгами. Мой дед — Василий, у него есть бизнес, заправки, мастерские. Я его наследник. Прости, что обманул.
Юля молчала. Ее лицо то бледнело, то краснело. Наконец-то она встала, резко отодвинув стул.
– Ты… ты играл со мной? – ее голос дрожал от обиды. – Я ночей не спала, думала, как тебя спасти, а ты просто проверял?
– Я боялся, Юль! – Денис поднялся с коляски, демонстрируя, что здоров. – Меня уже обманули когда-то. Я не хотел снова обжечься.
Она отвернулась, вытирая слезы. В комнате зависла тишина, только тикали часы на стене. Затем Юля резко обернулась.
– Ты хочешь сказать, что все это – моя забота, мои чувства – было для тебя тестом? – она всхлипнула. – Я думала, ты меня любишь…
– Я люблю, – Денис шагнул к ней. – И теперь знаю, что ты настоящая. Прости меня, я дурак.
Юля смотрела на него долго, а потом тихо сказала: — Докажи, что это не очередная игра, чувствуя, как земля убегает из-под ног.
– Хорошо, – сказал он, решительно взглянув на нее. – Дай мне шанс. Я покажу, что все серьезно.
На следующий день Денис пригласил Юлю на прогулку к Мариинскому парку. него.
– Я хочу, чтобы ты знала меня настоящего, – начал Денис, расстилая плед на траве. — Не того, кто боится и прячется за выдумками. Мне 23, я вырос с дедом на Печерске. Люблю слушать «Океан Эльзы» и кататься на велосипеде по Оболонской набережной. А еще я мечтаю когда-нибудь открыть свое кафе — такое, как твое, только уютнее. Юля села рядом, взяла вареник и медленно усмехнулась.
– Ты умеешь готовить? — спросила она, словно пробуя его по вкусу вместе с едой. – Дед научил, – признался он. — Говорил, что мужчина должен уметь себя прокормить.
Они говорили до вечера: о ее детстве в интернате, о его школьных проделках, о том, как Василий учил его чинить старенький «Запорожец». Юля расслабилась, смеялась, когда он рассказывал, как однажды перепутал соль с сахаром в пироге. Когда же солнце села, она тихо сказала:
– Может, я тебе поверю. Но больше не лги, хорошо? – Денис в ответ кивнул, зная, что это начало нового пути!
