Спустя много лет Тамара приехала в глухое село к матери помириться. Но едва дверь открылась, через секунду пришлось убегать оттуда без оглядки.
— С днём рождения, Томочка! — воскликнула мать, внося в комнату большой торт с пятью свечами.
— Ну, дочка, загадывай желания и задувай свечи, — сказал отец, обнимая именинницу.
— Хочу, чтобы мы всегда были вместе, — произнесла девочка и тихо добавила: — И ту большую куклу из универмага.
Все рассмеялись, а бабушка достала из шкафа ту самую куклу, о которой Тома мечтала. Мать же считала, что тратить столько на игрушки не стоит. Девочка растерялась от радости, боясь шевельнуться.
— Ну, что стоишь, словно каменная? — с улыбкой спросил дед. — Мечты должны сбываться.
Тома подбежала к бабушке, шепча:
— Спасибо, бабуля и дедуля, вы самые лучшие.
— Тамара Семёновна, Пётр Александрович, вы слишком балуете Тому, — недовольно заметила мать. Она считала, что потакать капризам ребёнка не нужно, но свёкры не разделяли её мнения.
— Оленька, когда её ещё баловать? — возразил дед. — Неизвестно, как жизнь сложится. Пусть порадуется.
— Да и кого нам баловать, как не внучку? — поддержала свекровь.
Тома привыкла к таким разговорам и не реагировала. Сидя за столом, она мысленно была во дворе с новой куклой. «Все девчонки обзавидуются», — думала она, улыбаясь.
Ольга и Сергей встретились семь лет назад на вечеринке у общих друзей. Для него это была любовь с первого взгляда, а у Ольги уже был кавалер. Она мечтала выйти замуж за мужчину из Карпат, строя планы на будущее. Но кавалер не спешил с предложением, говоря, что ещё не нагулялся.
— Зачем торопиться? Нужно присмотреться, — повторял он, живя на Крещатике.
— Мне уже двадцать один, — возражала Ольга. — Хочу семью, детей. Какой смысл тянуть?
Её слова он пропускал мимо ушей. На дне рождения одногруппницы появился Сергей — высокий, симпатичный, умный, с образованием и деньгами, но застенчивый. На втором свидании он сделал Ольге предложение. Она не любила его, но согласилась, чтобы утереть нос бывшему. Через два месяца сыграли пышную свадьбу: белое платье, фата, кортеж. Подруги завидовали:
— Ольга, молодец! Такого парня отхватила. Городской, с квартирой!
После свадьбы молодожёны отправились в Одессу, где неделю наслаждались морем и солнцем. Ольга была счастлива, но это быстро прошло. Вернувшись, они окунулись в будни: Сергей работал допоздна, Ольга училась в техникуме. Виделись они редко, что её устраивало. После учёбы она встречалась с подругами, сплетничала, пару раз видела бывшего с новой пассией. Его безразличие задевало, и она решила: «Стану счастливой назло!»
Молодожёны жили с родителями Сергея в двухкомнатной квартире в центре города. Места хватало всем: свёкры занимали маленькую комнату, а большую отдали сыну с невесткой. Свекровь взяла на себя домашние дела.
— Успеешь наработаться, — говорила она Ольге. — Вся жизнь впереди. Научишься готовить и стирать, когда дети появятся. А пока наслаждайтесь.
Ольга не возражала — беззаботная жизнь ей нравилась. Окончив техникум, она устроилась в магазин рядом с домом. Зарплата была скромной, но на обновки хватало. По выходным она пела в караоке или танцевала с подругами. Сергей не возмущался, радуясь её улыбке.
— Господи, не мужчина, а мечта, — говорили подруги. — Ни в чём не ограничивает, не ругает. Тебе его на руках носить надо!
— Это он должен благодарить, что меня встретил, — смеялась Ольга. — Не каждая согласится жить со свёкрами.
— Твоя свекровь — святая женщина, — возражали подруги. — О такой только мечтать.
— Мечтайте, — парировала она. — А мне лучше отдельно.
Через год Ольга забеременела. Сергей был счастлив, пылинки сдувал с жены. Тамара Семёновна и Пётр Алексеевич ждали внучку, заботились о невестке, следили, чтобы она хорошо ела и спала. Свекровь освободила её от дел, хотя Ольга и не рвалась помогать. Ей нравилось жить на всём готовом, но она не упускала случая напомнить:
— Это не моя квартира, чтобы я в ней хозяйничала.
Когда родилась Тома, Ольга не ощутила радости. Ей казалось, что она готова к материнству, но малышка раздражала.
— Не думала, что ребёнок столько внимания требует, — жаловалась она подругам. — Думала, первый год только спит. А она утром просыпается ни свет ни заря, днём спит, а ночью играй с ней. Сил нет! И фигура испортилась: живот торчит, грудь обвисла, круги под глазами.
— Тебе ли жаловаться? — возмущались подруги. — Свекровь всё делает, а ты только за ребёнком смотришь. И всё равно недовольна?
— Сергей не помогает, — обижалась Ольга. — Придёт с работы, полчаса с дочкой поиграет и спать.
— А как ты хотела? Он весь день работает, а ночью должен с ребёнком возиться?
— Но это же и его дочь, — пожимала она плечами.
Шло время. Тома подрастала, уже не будила по ночам. Ольга вышла на работу, отводя дочь в садик. Вечерами она не спешила домой, болтая с подругами за чаем. Знала, что Тому заберут Сергей или его родители. Девочка чувствовала холодность матери и не докучала ей, предпочитая бабушку и деда, которые её обожали. Сергей тоже любил дочку, но из-за работы редко бывал с ней. Зато их прогулки — в зоопарк, кино, парк или на базар — Тома запоминала надолго. Однажды отец пообещал котёнка на день рождения, но девочка сомневалась, что мать согласится.
Накануне первого юбилея Томы семья отправилась в магазин. Ольга хотела купить дочке платье, но девочка заметила на полке куклу и не сводила с неё глаз. Когда мать предложила выбрать наряд, Тома попросила куклу, но получила отказ. Однако в день рождения бабушка и дед исполнили её мечту. Тома была счастлива и собиралась хвастаться подружкам, когда услышала писк из соседней комнаты. В коробке сидел белый котёнок. Слёзы радости потекли у девочки, она прижала питомца и шепнула отцу:
— Это лучший день рождения.
После ухода дочери Ольга устроила скандал. Ей было обидно, что подарки Сергея и его родителей затмили её платье.
— Ты только балуешь её! — упрекала она мужа. — А мне приходится воспитывать!
Свекровь не выдержала:
— Оленька, вместо того чтобы радоваться за дочку, ты ссоришься в её праздник. Платье красивое, но она ребёнок, ей важны игрушки.
— Вы показываете, что я плохая мать и жена! — огрызнулась Ольга.
— Ты не права, — возразила свекровь. — Ты молода, многого не понимаешь. Всё придёт с опытом.
— То есть я ещё и лентяйка? — вспылила Ольга.
— Оля, не кричи на маму, — вмешался Сергей. — Ты живёшь у моих родителей, они заботятся о Томе. Не смей так говорить с ними.
— Я здесь, потому что ты не можешь купить нам жильё! — переключилась она на мужа. — Семь лет вместе, а ничего не меняется!
Сергей замолчал, а потом сказал:
— Хотел сюрпризом к годовщине, но ладно. Я накопил на квартиру. В выходной посмотрим варианты.
Ольга бросилась ему на шею, забыв обиды. Свёкры вышли, радуясь за сына, но волнуясь — Ольга не была готова к самостоятельности.
— Может, так она станет хозяйкой, — предположил Пётр Алексеевич.
— Будем надеяться, — вздохнула свекровь.
Они купили однокомнатную квартиру в спальном районе. Ольга хвасталась подругам, но радость быстро угасла. Теперь она отводила Тому в садик, забирала вечером, готовила, убирала, стирала. Встречи с подругами остались в прошлом. Пересоленный борщ или испорченная занавеска выводили её из себя. Скандалы с Сергеем стали обыденностью, и Ольга срывалась на дочь. Тома замкнулась, стараясь не беспокоить мать. Лишь прогулки с отцом и визиты к бабушке с дедом приносили ей радость.
Однажды перед праздником Ольга задержалась на корпоративе, попросив Сергея забрать Тому. Вечером телефон разрывался от звонков, но она игнорировала их, пока не ответила воспитательнице:
— Ольга Павловна, вы забираете Тому?
Часы показывали семь.
— Её должен был забрать муж, — растерялась Ольга. — Скоро буду.
В такси она звонила Сергею, но без ответа. В садике Тома сидела с куклой, воспитательница смотрела недовольно.
— Извините, — буркнула Ольга. — Не понимаю, почему он не забрал.
Тянув дочь за руку, она ворчала, обзывая мужа безответственным. Дома зазвонил телефон — свекровь.
— Оленька, беда! Серёжа в больнице. Авария. Он на операции.
Ольга оставила Тому соседке и помчалась в больницу.
В больнице врач сообщил Ольге, что Сергей скончался на операционном столе. Она не сразу осознала слова. Свёкры сидели на кушетке: Тамара Семёновна рыдала, Пётр Алексеевич, бледный, обнимал жену. Неделя прошла в тумане — соболезнования, лица, пустота. Тома замкнулась, тихо скользя по квартире, как тень.
Ольга смирилась с участью вдовы, но Тома скучала по отцу. Она не расставалась с котёнком, подаренным им. Бабушка и дедушка поддерживали внучку, часто забирая её к себе. Их любовь помогла ей пережить утрату.
Когда Тома пошла в первый класс, Ольга привела в дом Владимира.
— Знакомьтесь, это Тома, а это дядя Вова. Он будет твоим папой.
Девочке мужчина не понравился: коренастый, щетинистый, не похожий на отца. Он протянул руку, но Тома спрятала ладошку и сказала:
— Мой папа умер.
Вскоре Владимир переехал к ним. Тома не принимала его: он хозяйничал, занял полки отца своими вещами. Её мнение никого не волновало — Ольга была поглощена новыми отношениями, забывая о дочери. Свёкры переживали за внучку, забирая её к себе. Через несколько месяцев Ольга объявила о беременности и свадьбе с Владимиром.
Новый муж взялся воспитывать Тому, но ругал и наказывал за любую мелочь. Ольга не заступалась, всегда поддерживая его. Когда родилась Лада, она забрала всё внимание родителей. Тома не ревновала, с радостью нянчила сестру, мечтая, что они станут подругами. Но отношения с отчимом ухудшались — её присутствие его раздражало.
Однажды Тома услышала разговор родителей:
— Что делать с Томой? — спрашивала Ольга.
— Поменяем квартиру на большую, — предложил Владимир.
— Не могу продать без согласия свёкров, — возразила она. — У них доли после смерти Сергея.
— Убеди их, нам тесно вчетвером, — настаивал он.
Заметив Тому, они замолчали. Вскоре Ольга отвезла дочь к свёкрам. Тамара Семёновна спросила:
— Оленька, а в новой квартире будет место для Томы?
— Если берёте ипотеку, — добавил Пётр Алексеевич, — мы выкупим твою долю. У тебя будут деньги на взнос, а у нас — память о сыне.
Ольга рассчитывала на всю квартиру, но согласилась. Свёкры продали дачу, машину и гараж, выкупив долю.
— А за Тому? — удивилась Ольга, пересчитывая деньги.
— Ей подарим квартиру, когда вырастет, — ответила свекровь.
Владимир был недоволен:
— Пусть живёт в своей квартире! Я должен её кормить, а она уйдёт, не сказав спасибо.
— Что я могла сделать? — оправдывалась Ольга. — Заработаем на свою.
— С нашими зарплатами? — ёрничал он. — Если б знал, что квартира не твоя, не связался бы.
— Ты же не из-за квартиры? — испугалась она.
— Конечно, нет, — смягчился он, гладя Ладу. — Но несправедливо, что у Томы жильё есть, а Лада — бесприданница.
В новой двухкомнатной квартире сделали детскую для сестёр. Тома заботилась о Ладе, но отчим её игнорировал, кроме моментов, когда ругал.
Тома и Лада были дружны, несмотря на разницу в возрасте. Старшая сестра заботилась о младшей, а Лада отвечала ей любовью, которой Томе так не хватало. Мать относилась к ней холодно, особенно после рождения Лады. Однажды, учась в шестом классе, Тома вернулась из школы раньше. Ольга была на работе, Лада — в садике, а Владимир сидел дома, уволенный с работы. В коридоре Тома заметила чужие женские туфли.
Увидев падчерицу, отчим разозлился:
— Что ты делаешь дома? Должна быть в школе!
— Я плохо себя чувствовала, меня отпустили, — оправдывалась девочка. — У нас гости?
— Нет, соседка зашла, но уже уходит, — буркнул он. — Иди к себе.
Проводив гостью, Владимир зашёл к Томе:
— Как самочувствие?
— Нормально, — удивилась она его заботе.
— Не говори маме про соседку, — попросил он. — Она надумает лишнего.
— Чего надумает? — не поняла Тома.
— Ничего, просто молчи, — отмахнулся он.
Тома промолчала, но заметила, что родители стали чаще ссориться, обвиняя друг друга. Иногда доставалось и девочкам. Тома всё чаще уходила к бабушке с дедом, где её любили. После очередного скандала она собрала вещи:
— Не хочу терпеть твоего мужа. Ухожу туда, где меня ждут.
Ольга не отговаривала. За неделю она ни разу не позвонила свекрови, не спросила о дочери. Тома же взялась за учёбу, исправила оценки и стала веселее. Она скучала только по Ладе. К выпускному классу выбрала профессию:
— Буду психологом, — заявила она свёкрам. — В нашем ВУЗе есть такой факультет.
— Хороший выбор, — поддержал Пётр Алексеевич.
— Психология — серьёзная наука, — согласилась свекровь.
Ольга лишь посмеялась:
— Жилеткой для чужих быть? Тебе своих проблем мало?
Тома не удивилась — мать всегда высмеивала её идеи.
— Может, пойму, почему ты любишь его больше нас? — ответила она. — Он тебя не уважает, а ты терпишь.
— Как не стыдно? — возмутилась Ольга. — Владимир тебя вырастил, Ладу любит. Все ругаются!
— Он лодырь и бабник, — отрезала Тома. — Меня вырастили бабушка и дедушка.
Ольга, задыхаясь от злости, назвала дочь неблагодарной. Тома улыбнулась, вспоминая, как ушла из дома и не жалела об этом.
— Я благодарна отцу за гены, бабушке и деду за душу, тебе — за жизнь, Ладе — за любовь. Но Владимиру — не за что.
Ольга выбежала, хлопнув дверью.
Тома поступила в ВУЗ, увлечённо училась. Преподаватели пророчили ей будущее. Окончив институт в пятёрке лучших, она стажировалась в центре психологической помощи. Ей нравилось помогать людям. Свёкры гордились и решили подарить ей квартиру — ту самую, где она росла.
— А я думала, вы её продали, — удивилась Тома.
— Пришлось выкупить долю у Ольги, — объяснил Пётр Алексеевич. — Продали дачу, машину, гараж.
— Ты всё, что у нас осталось от Серёжи, — добавила свекровь.
Сквозь слёзы Тома поблагодарила их.
Тома переехала в свою квартиру, но звонила бабушке и деду, справляясь о их здоровье. После стажировки ей предложили работу в центре помощи.
— Зарплата небольшая, но опыт колоссальный, — сказала директор.
Тома согласилась, привыкла к коллективу и радовалась, помогая людям. Лада часто навещала сестру, делясь новостями. Владимир не работал, уверяя, что ищет достойное место.
— Видела отца с другими женщинами, — призналась Лада. — Кажется, он изменяет маме.
— Пусть сами разбираются, — посоветовала Тома. — В их дела лучше не лезть.
— Можно остаться у тебя? — спросила Лада. — Завтра уроков нет, едем на экскурсию.
— Конечно, — улыбнулась Тома.
Сёстры болтали допоздна, обсуждая планы Лады. Тома ценила их близость. На 25-летие она пригласила свёкров, Ладу и мать, но Ольга сослалась на недомогание, поздравив по телефону. Лада была грустной, отмахиваясь от расспросов. Свёкры пожелали Томе встретить хорошего человека.
— Выдадим тебя замуж, тогда и умереть спокойно можно, — сказал Пётр Алексеевич.
— Дедушка, вы ещё правнуков будете нянчить, — возразила Тома.
Но через полгода Пётр Алексеевич умер от сердечного приступа. Тамара Семёновна пережила его на год, завещав всё внучке. На похоронах свекрови неожиданно появилась Ольга.
— Спасибо, что пришла, — поблагодарила Тома.
— Не могла оставить тебя одну, — ответила мать, оглядывая квартиру. — Ничего не изменилось, только обои новые.
— Мама, не время об этом, — оборвала Тома. — Бабушка и дедушка меня вырастили, а ты забыла обо мне, как только я ушла.
— Не преувеличивай, — оправдывалась Ольга. — Я знала, что тебе у них лучше.
Позже она пришла с тортиком.
— Чем обязана? — не сдержалась Тома, наливая чай.
— Я твоя мама, беспокоюсь, — ответила Ольга. — Что с квартирой делать будешь?
— Сделаю ремонт, перееду, — сказала Тома. — Она в центре, рядом с работой.
— А однокомнатную? — не унималась мать.
— Сдам, — отрезала Тома.
Ольга ушла недовольной. Тома переехала в двухкомнатную, сдав однокомнатную коллеге. Лада поступила в институт, а Ольга продолжала уговаривать дочь подарить квартиру сестре.
— Почему я должна? — удивлялась Тома. — Это наследство от папы. У Лады есть отец, пусть он заботится.
— Володе нечего ей дать, — настаивала Ольга. — Эта квартира и моя тоже!
— Была, пока ты не продала долю, — напомнила Тома.
Владимир злился:
— Юриспруденция тут ни при чём! Зачем ей две квартиры? Двушку могла бы Ладе отдать, она замуж выходит.
— Я уже говорила с ней, — вздохнула Ольга. — Она упёртая.
— Тогда схитрим, — предложил он. — Пусть Лада попросится в арендаторы. Тома не возьмёт с неё денег, а потом скажем, что платить нечем.
Ольга сомневалась, но Владимир настоял. Лада, узнав план, возмутилась:
— Тома настрадалась, а вы хотите отнять её наследство? Лучше бы заработали мне квартиру!
Она выбежала из дома, не понимая, почему мать так холодна к сестре.
Лада шла по улице, размышляя, почему мать отталкивает Тому. Остановившись, она поняла, что пришла к сестре на работу. В центре помощи Лада заметила женщин с грустными глазами.
— Сестрёнка, что ты здесь делаешь? — удивилась Тома, наливая чай.
Лада молчала, не решаясь говорить.
— Ты какая-то странная, — заметила Тома. — Что-то с Костей? С мамой?
— Нет, всё в порядке, — отмахнулась Лада.
Тома не настаивала, попивая чай. Наконец Лада спросила:
— Ты любишь маму?
— Конечно, — ответила Тома. — А почему спрашиваешь?
— Меня удивляет её отношение, — призналась Лада. — Она обделяет тебя лаской, любовью. Почему?
— Может, боишься, что сама будешь так же относиться к детям? — улыбнулась Тома. — Это предсвадебный мандраж. Всех будешь любить одинаково.
— Но почему она к нам разная? — допытывалась Лада.
— Думала об этом, — призналась Тома. — Может, мама обижена на папу за то, что он ушёл рано, оставив её с ребёнком.
— Как можно обижаться за смерть? — удивилась Лада.
Они молчали, думая каждая о своём. Тома убрала чашки и сказала:
— У тебя всё будет иначе. Вы с Костей любите друг друга, и детей будете любить.
— А мама? — не унималась Лада.
— Её надо пожалеть, — вздохнула Тома. — Вдова после первого брака, второй муж — лодырь. Прости.
— Не обижаюсь, — ответила Лада. — Он живёт за счёт мамы. Почему она терпит?
— Боится одиночества, — предположила Тома.
— Но у неё есть мы! — возмутилась Лада.
Стук в дверь прервал их.
— Тамара Сергеевна, нужна помощь, — позвала коллега.
— Мне пора, — сказала Тома. — Не думай о плохом. Я всегда рядом.
Лада ушла, а Ольга продолжала давить на Тому из-за квартиры.
— Может, если б ты воспитывала, я не была бы эгоисткой, — огрызнулась дочь.
— У бабушки с дедом тебе было плохо? — возмутилась мать.
— Они дали мне больше, чем ты, — отрезала Тома.
Ольге не нравилась критика, но она чувствовала вину. К свадьбе Лады Томе предложили возглавить филиал центра в другом городе.
— Не готова всё бросить, — сомневалась она.
— Что тебя держит? — спросила директор. — Свадьбу сестры отгуляешь и поедешь.
Тома согласилась. Коллега, снимавшая однокомнатную, уехала, и Тома предложила Ладе с мужем пожить там. Лада была счастлива, но Владимир ворчал:
— Могла бы двушку отдать.
Лада звонила сестре, делясь новостями. Однажды она упомянула, что Ольга на больничном.
— Серьёзно? — встревожилась Тома.
— Пустяки, — рассмеялась Лада.
Но Тома почувствовала недосказанность и позвонила матери. Ольга обрадовалась её голосу:
— Лада наболтала, что я болею? Чихнула пару раз, а она всем раззвонила.
— Мама, я беспокоюсь, — сказала Тома.
— Всё хорошо, — заверила Ольга. — Что у тебя нового?
— Работа налаживается, — ответила Тома. — Владимир устроился?
— Подрабатывает, — замялась мать и быстро свернула разговор.
Тома удивилась её весёлости — обычно мать была недовольной.
Полгода пролетели незаметно. Тома наладила работу филиала, заслужив похвалу начальства. В её жизни появился Глеб — врач скорой помощи. Они познакомились, когда он привёз в центр избитую женщину, боявшуюся мужа.
— Вызовите полицию, — советовал Глеб.
— Он меня убьёт, — шептала она. — Уйти некуда, родных нет.
Глеб пожалел её и привёз к Томе. Позже он заезжал, интересуясь подопечной. Их рабочие беседы переросли в симпатию. Через месяц Глеб познакомил Томару с родителями — интеллигентными, похожими на её свёкров. Она стала частым гостем в их доме.
— Когда уезжаешь? — спросил Глеб перед её отъездом.
— Завтра, — грустно ответила Тома.
— Я буду ждать, — пообещал он.
Дома Тома прислонилась к стене, вспоминая детство. Телефонный звонок прервал мысли.
— Привет, сестрёнка, — сказала Лада. — Ты дома?
— Да, — ответила Тома.
— Мама в больнице, — выпалила Лада. — Поехали к ней?
Тома узнала от сестры: Владимир избил Ольгу — сломал рёбра, вызвал сотрясение.
— Не первый раз, да? — догадалась Тома.
— Она просила молчать, — призналась Лада. — Заявление не пишет.
В больнице медсестра остановила их:
— Вдвоём нельзя.
— Иди ты, — сказала Лада, протянув халат.
Ольга заплакала, увидев Тому. Холодная прежде, теперь она казалась раненой птицей. Тома сдержала порыв обнять её и спросила:
— Как ты?
— Нормально, — шёпотом ответила мать, вытирая слёзы.
— Что произошло?
Ольга молчала, отвернувшись.
— Мама, я могу помочь, если захочешь, — настаивала Тома.
— Он пристрастился к алкоголю, — выдавила мать. — Моя зарплата уходит на его пьянки. Не даю денег — бьёт. В этот раз привёл дружков, а я отказалась их угощать.
— Почему терпишь? — удивилась Тома. — Уйди, напиши заявление!
— Боюсь, — призналась Ольга. — Он не даст мне жить.
— Если не сделаешь ничего, хуже будет, — сказала Тома. — Я помогу.
Ольга согласилась написать заявление. Владимир явился с извинениями, клялся бросить пить, но дочь посоветовала матери не поддаваться. Отказ жены забрать заявление разозлил его — он кричал, угрожал. Охрана выгнала его, сообщив Томе. Вечером она пришла к отчиму с диктофоном, записав его угрозы.
— Если тронешь маму, сядешь надолго, — предупредила она.
— Чего ты хочешь? — буркнул он.
— Маму выписывают. Освободи квартиру за три дня.
— Я тут хозяин, — огрызнулся он.
— Ты ничего не вложил, — напомнила Тома. — Уходи, и мама заберёт заявление.
С помощью юриста из центра Ольга развелась и выгнала Владимира. Он сопротивлялся, но уступил. Дома она привыкала к самостоятельности, проходя консультации психолога. Тома поддерживала мать, чувствуя их сближение.
Лада сообщила, что ждёт ребёнка.
— А учёба? — встревожилась Ольга.
— Возьму академ, — ответила Лада.
Тома не успела рассказать о Глебе — работа не отпускала его, а она не могла оставить мать.
Ольга пригласила Тому на прогулку — они часто гуляли, обсуждая новости.
— Решила подарить Ладе квартиру, — сказала мать. — Им с Костиком нужно жильё для ребёнка.
— Это твоё право, — ответила Тома, хотя её задело, что мать не вспомнила о ней.
— Молодые должны жить отдельно, — продолжила Ольга. — Разрешишь мне пожить в твоей однокомнатной?
Тома расстроилась — она надеялась, что мать изменилась. Обида за детство вспыхнула вновь.
— У меня другие планы, — твёрдо сказала она.
— Не оставишь же мать на улице? — вспылила Ольга.
— Я уже помогла тебе, — напомнила Тома. — Ты подарила квартиру — твоё дело. Причём тут я?
— Не кому-то, а сестре! — возмутилась мать. — И я не просила тебя лезть в мои дела с мужем. Ты добилась развода!
Тома была потрясена.
— Мне казалось, ты рада избавиться от тирана, — сказала она.
— Тебе казалось, — огрызнулась Ольга. — У меня был любящий муж.
— Поэтому бил? — не выдержала Тома.
— Разногласия есть везде, — отмахнулась мать. — Откуда тебе знать? У тебя нет семьи.
Слова ранили.
— Благодаря тебе у меня не было семьи, — выпалила Тома, сдерживая слёзы. — Бабушка и дедушка показали мне любовь и уважение, а не скандалы и побои.
Ольга замялась, бормоча оправдания. Тома продолжила:
— Пока я спасала тебя, ты строила планы на моё наследство. У меня есть жених — Глеб, врач. Мы планируем свадьбу. Он нашёл работу в Киеве, я договорилась о переводе. Продадим квартиры и купим одну в столице.
Ольга растерялась.
— А как же мы? — выдавила она.
— У вас своя жизнь, у меня — своя, — отрезала Тома и ушла.
Лада позвонила утром:
— Мама сказала, ты продаёшь квартиры и уезжаешь в Киев. Это правда?
— Возможно, — ответила Тома.
— Почему не предупредила? — крикнула Лада. — Нам негде жить!
— Я предлагала временно, — напомнила Тома. — Вы с Костиком планировали ипотеку.
— Какие деньги? — возмутилась Лада. — Костик учится, работает, но зарплаты не хватает.
— Попросись к маме, — посоветовала Тома.
— Она не ты, ей для меня ничего не жалко! — выпалила Лада. — Ты эгоистка, всё тебе!
Тома не верила ушам. Слёзы потекли по щекам.
— Прости, что не оправдала надежд, — спокойно сказала она. — Моё останется со мной.
Она сбросила вызов. Глеб позвонил, сообщив, что приедет через неделю.
— Не расклеивайся, пей чай с малиной, — пошутил он.
Тома встретила его на вокзале. Глеб кружил её, радуясь встрече. Дома он чинил краны, вешал портрет с бабушкой и дедом, готовил ужины. Перед отъездом они гуляли, а в ресторане он сделал предложение, достав кольцо. Сердце Томы билось сильно, она радостно согласилась.
Глеб уехал в Киев, а Тома погрузилась в работу, решив не копаться в прошлом. Весной она получила перевод, договорилась о продаже квартир и отправилась в новую жизнь.
В Киеве Тома быстро освоилась. Коллектив был молодым, работы хватало, но она возвращалась домой вовремя, ценя семью. Летом они с Глебом расписались. От Ольги и Лады вестей не было, но риэлтор нашёл покупателей на квартиры. Тома взяла отпуск и поехала уладить дела.
Перед отъездом она решила навестить мать. У дома Ольга сидела на лавочке, постаревшая, с грустью в глазах. Тома хотела подойти, но из подъезда вышел Владимир. Ольга поспешила за ним, и Тома, сдерживая слёзы, развернулась.
— Тома, это ты? — окликнула Лада.
Беременная сестра выглядела уставшей, но похорошевшей.
— Давно приехала? — спросила она.
— Две недели, — ответила Тома. — Уезжаю сегодня. Хотела попрощаться.
— Разминулась с мамой, — замялась Лада.
— У вас всё в порядке? — поинтересовалась Тома.
— Да, — уклончиво ответила сестра. — Зайдёшь в гости?
— Не сегодня, — отказалась Тома.
Лада виновато посмотрела:
— Прости за те слова. Гормоны… Ты права, это твоё наследство. У меня отец такой, живёт для себя. Что мама в нём нашла?
Тома обняла сестру, почувствовав толчок ребёнка.
— Познакомились с племянницей, — улыбнулась Лада.
Они рассмеялись, и Тома ушла с лёгкостью. Но мысль о матери с Владимиром не давала покоя.
— Зачем тебе это? — спрашивал Глеб. — Её выбор.
— Она моя мать, — возражала Тома. — А если он снова её ударит?
— Ты не можешь запретить ей, — заметил Глеб. — Лада не даст её в обиду.
Работа отвлекала Тому. Они с Глебом искали квартиру, но вторичный рынок разочаровывал.
— Может, новостройку? — предложил Глеб. — Цена ниже, ремонт свой сделаем.
Однажды позвонил Костик:
— Тома, ты тётя! У нас дочка. Приезжай в гости!
— Поздравляю! — обрадовалась она. — Постараюсь к Новому году.
Глеб отреагировал сдержанно, и Тома обиделась:
— Мог бы порадоваться за меня.
— Я рад, — ответил он. — Но пора познакомить меня с семьёй. Мы три месяца женаты, а они не в курсе.
— Сложные у меня с ними отношения, — оправдалась Тома. — Зимой поедем.
Они выбрали квартиру в новостройке. Застройщик вручил ключи:
— Поздравляем, Тамара Сергеевна, вы собственник!
Глеб настоял записать жильё на Тому, так как оно куплено на её деньги. Его квартира не продавалась. Вечером зазвонил телефон — покупатель на неё нашёлся.
— Не продавать же новую, — вздохнул Глеб.
— Доведём до конца, — решила Тома.
Глеб уехал оформлять сделку, а Тома скучала. Лада позвонила:
— Мама с папой снова вместе. Я против, нам тесно. У отца домик в селе, но мама не хочет туда. Поговори с ней.
— Не вмешиваюсь, — отрезала Тома. — Я отказалась от своей доли. Решайте сами.
— Ты точно не будешь претендовать? — уточнила Лада.
— Нет.
Глеб вернулся с идеей купить участок под дачу.
