«ЭТО ДЛЯ ТЕБЯ!» – муж привез жену с малышом на кладбище к свежей могиле. То, что было дальше – просто шок…
Елена с натужным кряхтением открыла банку с солёными огурчиками. Она стояла на просторной кухне с новым ремонтом. Напевая под нос прилипший в супермаркете мотив новогодней песенки, блондинка нарезала ингредиенты для оливье. На сковороде готовилась зажарка для мясной сборной солянки, которую женщина периодически помешивала деревянной лопаткой. Телевизор, расположившийся над холодильником, работал в фоновом режиме. Диктор освещал какие-то местные новости.
Кто-то где-то пропал без вести, кого-то арестовали за воровство, а в центре опять ремонтировали дорогу. Лена хотела было переключить на что-то более весёлое, но, пока вытирала руки о полотенце и искала взглядом пульт, её слух зацепили слова ведущего. «Трагичная судьба, но главное — счастливый конец», — начал диктор хорошо поставленным голосом.
Мать троих детей сбежала от мужа-тирана. Теперь Любовь Анатольевна находилась в кризисном центре, где ей и её семье помогали вернуться к нормальной и счастливой жизни. Лена так и застыла с полотенцем в руках, глядя на экран.
На нём русоволосая женщина в стареньком свитере рассказывала свою историю — историю, которая находила отклик в душе Свиридовой Елены. Только вот ей, Лене, иногда казалось, что она никогда не выберется из затяжного кошмара и не найдёт такой же счастливый конец, как женщина на экране. И уж точно она не посмеет рассказать о своей победе всему миру.
Нет, слишком страшно. Ей бы просто сбежать. Елена, тогда ещё Одинцова, познакомилась с Игорем Свиридовым, когда ей было двадцать лет.
Она училась на повара. Не просто проходила курсы, а мечтала стать шеф-поваром, поэтому получала высшее образование по специальности «ресторанное дело». Игорь, будучи старше девушки, уже служил в полиции.
Ситуация, которая их свела, оказалась крайне забавной. Был вечер пятницы, и студентки праздновали девичник. Елена, как и другие девчонки, была подружкой невесты.
Они выдавали замуж Воскобойникову Диану и веселились, как полагается приличным студентам четвёртого курса, возомнившим себя взрослыми: дерзко, шумно и с размахом. После бара и клуба они всей гурьбой продолжили вечеринку на квартире будущей жены.
Неудивительно, что соседи, не выдержав нескончаемого визга подружек невесты, решили вызвать наряд полиции. И вот тогда по указанному адресу приехал Игорь Свиридов со своим напарником, чтобы наказать нарушительниц. Только девушки, будучи изрядно навеселе, едва увидели красивого молодого человека в форме, с наручниками и пронзительным взглядом светло-голубых глаз, сразу заклеймили его стриптизёром.
Не с первой попытки краснеющий Свиридов под хохот своего товарища смог объяснить девушкам, что он настоящий полицейский. К счастью, уладить недоразумение помогла Елена. Она меньше подружек прикладывалась к игристому, отвечая за их совесть и мораль.
Худенькая блондинка с большими глазами и изогнутыми ресницами понравилась мужчине с первого взгляда. Лене же импонировало то, что он не арестовал её наглых подруг. Прокатиться в полицейском УАЗике вместо лимузина и продолжить вечеринку в «обезьяннике» ей определённо не хотелось.
Уже прощаясь и беря с девушки честное слово, что она уложит подруг спать или хотя бы заставит их быть потише, мужчина неожиданно предложил:
— Елена, а мы можем с вами ещё раз встретиться?
Девушка густо покраснела от смущения и удовольствия. Мнение мужчины было ей приятно.
— А если я откажусь? — пошутила Одинцова с долей флирта.
— Тогда мне придётся вас арестовать, — живо откликнулся служитель закона, подмигнув девушке. — Чтобы любоваться вами каждый день, хотя бы сквозь прутья решётки.
Лена ответила смущённым согласием. Так и завертелись их отношения.
Игорь умело ухаживал за девушкой, компенсируя недостаток выходных и свободного времени красивыми поступками. Мужчина баловал её цветами, превращая комнату в общежитии в оранжерею, делал изящные комплименты, замечал любые мелочи и изменения во внешности. Елена искренне восхищалась своим мужчиной. А как иначе? Красивый, статный, широкие плечи, спортивное телосложение — тот самый мужчина в форме, о котором мечтают многие девушки.
Да и подружки ей откровенно завидовали, зачастую комментируя их отношения:
— Ну, повезло тебе, Ленок, за Игорьком ты как за каменной стеной.
Елене импонировало ещё и то, что её отец тоже был полицейским.
К сожалению, тяжёлая работа дурно сказалась на его здоровье. Мужчина покинул их с мамой, когда девушка училась на втором курсе. Но она верила, что отец, глядя на неё с небес, одобряет выбор своей дочки.
— Как-никак, парень тоже погоны носит, чем не знак судьбы?
А когда Елена поймала на свадьбе Дианы букет, новоиспечённая жена категорично заявила:
— Ну, значит, быть тебе женой полицейского.
И пусть в роду Воскобойниковых не было ни ведьм, ни оракулов, предсказывающих судьбу по второй кофейной гуще, она словно в воду глядела.
Свиридов сделал предложение своей девушке сразу после её выпускного. Конечно, она ответила согласием. Лена была влюблена.
Счастливая невеста даже подумать не могла, что её поступок окажется опрометчивым, а свадьба — поспешным решением, которое сгубит её жизнь. Сразу после свадьбы Игорь стал меняться.
Конечно, в этом не было ничего удивительного. Это нормально, что супруги меняются во время совместной жизни. Ведь быт — не бесконечный медовый месяц.
Рано или поздно кого-то начнут раздражать разбросанные носки или немытая тарелка в раковине. Только у четы Свиридовых были проблемы иного рода. Сначала Игорь стал приносить всё больше денег в дом.
Казалось бы, в чём беда? Только вот он столько не зарабатывал.
— Ты что, Гоша, банки грабишь? — как-то пошутила Лена.
— Нет, Лена, за меня это делают другие люди. Я им просто не мешаю, — загадочно подмигивал мужчина.
А ещё он слишком стремительно менял свои погоны, с бешеной скоростью дослужившись до звания полковника. Елена стала замечать, что мужа подвозили домой странные люди на дорогих иномарках.
Порой он возвращался с таинственными свёртками, документами, деньгами, над которыми трясся, как злой Кощей над златом. Мужчина спал с пистолетом наготове, стал дёрганым и нервным.
— Гоша, скажи мне честно, что происходит? — однажды решилась поговорить с супругом Лена. — Просто мой папа тоже был полицейским, он получил звание полковника в пятьдесят пять лет. Они с мамой жили тихо, спокойно, он даже взяток ни разу не брал, зато спал спокойно.
— Так он, наверное, был хорошим ментом, а я работаю мусором, — отмахивался Игорь, действительно считая это смешным.
Вскоре постоянные расспросы супруги и недоверие к делам мужа стали его донимать.
— Ты, Ленка, чокнутая, честное слово! — вырвалось у него однажды во время обеда; сгоряча он бросил ложку об стол. — У нас машина новая, крыша над головой, а ты что, недовольна? Хочешь жить честно да на улице, что ли?
— Я просто переживаю за тебя, — попыталась объясниться супруга, хватая салфетку и стирая капли борща со скатерти. — Ты связался с опасными людьми, я это чувствую, сердце у меня неспокойно.
— Переживай о том, что тебе завтра надеть, — самодовольно заявил Игорь, — а дела мужика оставь ему.
Со временем даже в лексике мужчины сменились слова, которыми он обращался к супруге. Тон его становился всё более снисходительным, словно Лена была его прислугой, а не женой. А ещё мужчина стал жутко ревновать свою молодую, эффектную блондинку-жену. Однажды они серьёзно поскандалили, едва девушка села в салон автомобиля.
— С кем ты так любезно общалась в магазине, позволь узнать? — прорычал он недовольно.
Сначала Лена даже не поняла, о чём Игорь говорит. Она удивлённо моргнула, глядя на профиль супруга с поджатыми от раздражения губами.
— О ком ты? — спросила она искренне.
— Рыжий мужик, которому ты улыбалась так, словно он твой муж, а не я, — пояснил супруг, слишком резко выруливая с парковки супермаркета. — Я видел вас у входа и как ты к нему прижалась на прощание.
— Ох! — воскликнула девушка, а затем весело рассмеялась, не видя в своём поведении ничего зазорного. — Это мой бывший одноклассник, Мишка Усольцев. Вот искала в молочном отделе творог на твою любимую запеканку, а нашла старого друга, бывает же такое.
Девушка, ничуть не замечая, как мрачнеет её муж, охотно рассказала ему о Мишке да ещё о паре школьных друзей. Пока Лена делилась школьными выходками, воспоминания о которых навеяла встреча с Усольцевым, Игорь становился всё более обозлённым. И вот он резко ударил по тормозам, из-за чего Лена, даже пристёгнутая ремнём безопасности, едва не вписалась в панель перед собой.
— Ты чего, Гоша! — удивилась молодая женщина, поправляя сбившуюся шапку.
Тогда Игорь наорал на неё, игнорируя автомобили, что объезжали их и сигналили. Он врубил габаритные огни и кричал женщине о том, как мерзко с её стороны так любезничать, будучи в браке, и что платье её он выбросит, потому что оно слишком открытое.
Лена лишь моргала да молчала, как кукла, из которой достали речевой механизм. Девушка просто не могла подобрать слов в ответ, настолько нелепыми показались ей обвинения супруга, ведь она никогда, ни разу не давала повода. Конечно, Игорь демонстрировал собственнические замашки всегда, на всех этапах отношений.
Однако раньше его ревность казалась молоденькой студентке чем-то милым, эдакой демонстрацией искренних чувств. Девушка млела, когда слышала ноты ревности в голосе Игоря. Но то, что она видела перед собой теперь, разительно отличалось от прошлого.
Когда Игорь стал вменять ей общение с однокурсниками, с которыми у неё, по его уверениям, наверняка что-то было, девушка не выдержала.
— Игорь! — воскликнула она изумлённо. — Ты же был моим первым мужчиной! Что ты такое говоришь? Да как у тебя язык поворачивается! Или ты думаешь, что я после свадьбы должна была надеть паранджу, перестать улыбаться людям и сидеть дома?
— Было бы славно! — окрысился мужчина.
Тогда они действительно поругались. Лена обиделась из-за нападок новоиспечённого мужа, отказываясь с ним разговаривать. Игорь же дулся, потому что считал себя правым, а супруга, по его мнению, вела себя недостойно.
Однако Елена, помня, каким её муж был добрым и внимательным в начале отношений, верила, что они переживут этот этап. Да и мама качала головой, ругая дочь:
— Ты что, Ленка, с жиру бесишься? Муж у тебя не гуляет, не бьёт. Пару раз бабой назвал, так что теперь нос воротить? Работа у него нервная, сложная. Конечно, он хочет, чтобы дома его не пилили, а по шерсти погладили. Ты будь мудрее, дочка, где-то покладистей, а то так и одна останешься. А что ревнует, так любит, потерять боится. Ты ж девушка видная, конечно, он волнуется.
Елена к маме прислушалась, хотя искренне не понимала, почему та так упорно защищает Игоря. Ведь отец был абсолютно другим. Только ситуация со временем лишь ухудшилась. Случай на службе Свиридова вновь пустил их отношения под откос.
Лена в тот злополучный вторник как раз шла с собеседования на должность повара в ресторане. Её счастью не было предела, ведь её взяли. Она уже предвкушала, как поделится радостной новостью с супругом.
Вообще-то Игорь не хотел, чтобы жена работала. Он надеялся, что она будет варить ресторанные блюда только ему и его друзьям, перед которыми не раз хвалился умелой и хозяйственной супругой. Однако Лена была уверена: как только он узнает, в какое крутое место её пристроили по знакомству, он передумает.
Елена только села в такси, как раздался телефонный звонок. Она достала новенький смартфон последней модели — подарок мужа — и нахмурилась, заметив незнакомый номер.
— Алло! — бросила она в трубку, сражаясь попутно с заевшей молнией на сумке.
— Елена Викторовна? — поинтересовался сухой голос. — Ваш муж находится в областной больнице.
Все краски сразу сошли с лица Елены. Она мгновенно бросила таксисту новый адрес поездки и уже через двадцать минут влетела в больницу с гулко колотящимся сердцем. Там она застала Сергея, сослуживца мужа. Вцепившись в его плечо, девушка потребовала объяснений.
Тот отвёл её в сторонку.
— Тебе скажут, что подрался, но на самом деле его избили. Он получил серьёзную травму головы. Выстрел лишь задел плечо, ничего страшного, слава богу! Да ты не трясись так, Ленка, я Гошу знаю давно. На нём, как на дворовой собаке, всё заживает.
Слова Сергея оказались правдой. Полковника Свиридова отпустили из больницы довольно быстро для человека с его списком полученных травм. Только вот едва Гоша вышел из больницы, он вовсе стал иным человеком, изменившись до неузнаваемости. Что именно послужило тому причиной — травма головы, предательство подельников, избивших его, или его дурной характер, который просто вылез наружу, — Лена не знала.
Только вот её жизнь превратилась в ад. Пока Игорь сидел дома, долечиваясь, он помыкал супругой, как горничной. Капризничал, словно ребёнок, если Лене не удавалось ему угодить.
В какой-то момент Лена думала, что просто не выдержит, возьмёт и уйдёт от него. Об этом она заявила супругу, которому не по вкусу пришёлся её полезный суп «Зелёный гаспачо». Игорь тут же нашёл, кому пожаловаться на вольность Елены.
Он набрал номер своей матери. Свекровь тогда категорично заявила невестке:
— А ты что хотела, Леночка? Мужчины болеют, как дети. Температура тридцать семь — уже со всеми прощаются и хотят на ручки. Терпи уж! Обещала же перед алтарём быть с мужем и в болезни, и в здравии. А то любить его, пока он тебе деньги приносит, телефоны да цацки, легко. А ты его на ноги подними, когда ему плохо, докажи, что любовь твоя искренняя.
Такие разговоры Елену задевали. Она понимала, что свекровь, искренне любящая своего сыночка, просто разводит её на «слабо» таким своеобразным способом. Но всё равно шла у неё на поводу. А когда Елена призналась Гоше, что устроилась на работу, он вовсе рассвирепел.
— Ты что, с ума сошла? — закричал он тогда, густо краснея от гнева. — Какая тебе работа, да ещё в забегаловках! И вообще, ты почему со мной не посоветовалась, прежде чем куда-то устраиваться? Лена, тебе что, денег мало? Дома сиди. Я хочу в пятницу друзей пригласить. Кто будет, по-твоему, готовить? Я?
— Вы можете пиццу заказать, как делают все, — заметила Лена, скрещивая руки на груди. — И я устроилась не в забегаловку, а в ресторан с тремя звёздами Мишлен. Ты понимаешь, какая это удача — без опыта попасть на такую кухню? Я буду работать с замечательным поваром Алфёровым Александром и…
Однако Игорь не слышал доводов супруги. Он был как лошадь с шорами — видел лишь то, что было перед его глазами.
— То есть ты ещё с каким-то мужиком работать собралась? Вот в чём дело, да? — плевался он ядом. — Будешь там перед ним хвостом крутить, чтобы он тебя нагнул над столом, пока я, твой законный муж, должен буду заказывать помои из ресторана для своих близких друзей? Так ты себе это представляешь?
Позже стало ещё хуже. Свиридов начал заливать за воротник от скуки, а как только хмелел, начинал Лене грубить. Обзывал её тварью, мразью, клялся, что никто такую, кроме него, больше не будет любить. Конечно, наутро он трезвел и извинялся.
Делал он это как положено: на коленях, с цветами и уверениями, что больше так не будет.
— Прости, солнышко, любовь моя! — целовал он руки супруги. — Меня попутали и бес, и зелёный змей! Клянусь, не повторю своих ошибок!
Он вымаливал прощение. Очередной загул объяснял усталостью от тяжёлых рабочих будней. Елена раз за разом верила и всё прощала. Всё-таки любила.
На время всё под их крышей и правда затихало, пока не происходило нечто, что вновь злило Гошу. Затем начались новые приступы необоснованной ревности. Особенно Лену испугал случай, когда она вновь попыталась устроиться поваром — в гостиницу. Та была новая, открылась недавно.
— Ты хоть знаешь, кому она принадлежит? — заорал супруг, услышав название гостиницы. — Даже близко к ней не подходи, ясно?
Тогда Игорь даже порвал паспорт супруги, чтобы Елена не смогла устроиться на работу. Наверное, именно в тот момент Лене нужно было бежать прочь, как можно дальше. Да только произошло в её жизни сразу два события. Одно — самое прекрасное, что случалось с ней за последние годы, а второе — самое ужасное.
Так Елена, взглянув на календарь, с удивлением заметила, что у неё задержка. Сначала она грешила на нервы — всё-таки Игорь хорошо портил ей кровь. Однако тест решила сделать. Затем она сделала ещё один, третий, четвёртый, и все они упорно говорили: «Беременна».
— Счастье какое! — порадовалась за дочь мама. — Вот увидишь, как ребёнок в вашей семье появится, так всё образуется.
Елена в слова матери не особо верила, однако ребёнку была рада — она мечтала стать мамой.
Игорь, узнав, что станет отцом, словно бы вновь превратился в того заботливого мужчину, которого Лена когда-то полюбила. Он начал планировать ремонт детской и скупать игрушки для будущего наследника. В том, что будет мальчик, мужчина даже не сомневался.
Но восторг длился недолго. Спустя месяц мама девушки попала в больницу с сердечным приступом, а врачи спасти её не смогли. Так и не увидела Ольга Григорьевна внука или внучку, которых так мечтала подержать на руках.
Елена с трудом переживала потерю матери, ведь, кроме неё, у молодой девушки не было больше никого. Из-за своего горя Лена словно ушла в себя, забыв о Гоше. А когда она вынырнула из тяжёлых мыслей, нашла в себе силы жить дальше, Игорь вновь впал в стадию безумства.
Супругу Свиридова всё время преследовали параноидальные мысли. Ему постоянно мерещилось, что Лена ему изменяет, даже если она просто выходила в магазин или задерживалась у подруг. Он мгновенно сочинял страшную историю, обвиняя девушку во всех смертных грехах.
— Побойся Бога, Свиридов! — раздражённо качала она головой. — Я же беременна! Какие измены, какие любовники!
— Поэтому изменяешь, что беременна, — упорно заявлял мужчина. — Я так не узнаю, что измена была, ведь ты уже с брюхом.
— Какой бред! — качала головой Лена. — Может, ты сам мне изменяешь, Свиридов, иначе с чего так заводишься?
Тогда Елена бросила упрёк скорее в шутку, основываясь на том, что человек, способный на обман, измену или предательство, зачастую сам подозревает окружающих в том же. Только вот реакция супруга ей не понравилась. Тот промолчал, а затем обозвал её дурой и ушёл прочь из комнаты.
Дальше — больше. Случайно во время уборки Елена с ужасом поняла, что её муж-полицейский обложил всю квартиру диктофонами. А в рамке для фотографий даже была скрытая камера. Когда она потребовала объяснений, мужчина лишь фыркнул:
— А что такое, дорогая, тебе есть что скрывать? Если нечего, то зачем заводиться?
— Ты что думаешь, будь у меня любовник, я бы привела его сюда? — с раздражением заносчиво крикнула тогда Елена, в которой и без того бушевали гормоны. — Я же не такая дура, Свиридов. Я бы отель сняла. Благо ты денег достаточно зарабатываешь. Мне бы на пять звёзд хватило.
Елена пожалела о своих дерзких словах очень быстро. Тогда тяжёлая рука полицейского впервые отвесила ей хлёсткую пощёчину, заставляя голову мотнуться в сторону. Затем он схватил её, оглушённую и ошарашенную, за волосы и зашипел прямо в лицо:
— За языком своим следи, тварь, иначе я от тебя живого места не оставлю, поняла меня? Ты моя, Лена, ясно? Ясно?
Женщина лишь всхлипнула и зажмурилась от испуга. Она в тот момент задрожала, как осенний лист на ветру. Только мысли её были не о своём личном благополучии. Она интуитивно коснулась уже значительно округлившегося живота, пряча ладонью самое ценное, что у неё было. Лена подумала, что если она разозлит его сильнее, он может ударить её по животу, нанести вред ребёнку.
Поэтому, судорожно сглотнув слёзы, она закивала:
— Я всё поняла, поняла, Игорь.
После того случая Гоша не извинился.
Возможно, Елена и перегнула палку в своих заносчивых словах, но то, что он поднял на неё руку, было слишком. Лена верила, что это исключение, исправимое эмоциональным срывом. Однако полицейский оказался акулой, что попробовала свежую кровь. Ему захотелось ещё.
С той поры он стал всё чаще применять грубую силу в спорах с супругой, не глядя на её положение и слёзы. А однажды, после вечеринки с друзьями, он пришёл к ней в комнату, чтобы всласть поиздеваться. Будучи пешкой среди более крупных фигур, оборотень в погонах отыгрывался на более слабой жене, самоутверждаясь за её счёт.
Тогда Лена впервые сбежала из дома. Она сразу пошла в полицию, чтобы зафиксировать побои и написать заявление на супруга. Наивная, она верила в закон, даже не подозревая, как всё связано между собой. Выслушав напуганную девушку, ей улыбнулись, дали стакан с чаем и привели в пустую комнату. Она была похожа на помещение для допросов: там было темно, холодно. И Лена невольно ёжилась, ощущая себя преступницей.
— Не переживайте, гражданка, в вашем положении это вредно, — весело улыбнулся сотрудник правоохранительных органов. — Сейчас мы вам поможем.
И помогли. Дверь открылась, и когда Лена подняла взгляд от стола, она похолодела. Игорь вошёл внутрь с извиняющейся, заискивающей улыбочкой, в которую она не верила.
— Ленок, ну и шуму ты наделала, глупышка! Я же с ног сбился, пока тебя искал. Хорошо, парни позвонили сразу. Поехали домой.
И Лена поехала, потому что единственным выбором для неё было вцепиться в батарею в этой комнате или умолять коллег супруга её спасти. Несмотря на добрый взгляд, руки мужа уже сомкнулись на тонких запястьях, как наручники.
— На первый раз я прощу твою выходку. Если ещё раз мне станет за тебя стыдно, то исполню твоё желание и организую камеру на одну персону, — угрожающе шипел муж на ухо бледной супруги, выводя её из отделения.
Когда она заикнулась о разводе, умоляя просто дать ей свободу, он лишь посмеялся:
— Я ж тебя из-под земли достану, Леночка. Ты знаешь, какие люди меня крышуют, какие связи у меня есть. Да по-твоему, может обычный полицейский построить такие хоромы за год, дура ты бестолковая? Сиди молча, замазывай синяки своей дорогой косметикой да помалкивай. А иначе я тебя запру в больнице, подожду, пока родишь, да отберу ребёнка. Всё поняла? Ты его никогда не увидишь.
В его угрозы приходилось верить. Елена давно поняла, что муж её стал продажным полицейским, а с бандитами он здоровался за руку, как с близкими приятелями. Среди людей, что были вхожи в их дом, тех, кому она подавала изысканные закуски, были самые разные криминальные личности. Но когда Лена осознала, что попала в зыбучий песок, пытаться выбраться стало уже невозможно. Он втягивал её, едва она делала лишнее движение.
Беременная женщина не видела выхода из этой тьмы. Однако сдаваться Елена была не намерена. Она знала, что рано или поздно найдёт способ сбежать, спасёт и себя, и ребёнка.
Время шло. Лена родила на свет милого, здорового мальчонку. Новоиспечённая мама назвала его Валентином. Она посвятила всю себя материнству, совсем забыв про постылого мужа.
В один из весенних дней Лена узнала, что Игорь ей изменяет, причём давно. Эта новость прилетела к молодой матери из первых уст — от любовницы мужа. Та позвонила женщине, чтобы выложить всё как на духу.
— Я сплю с вашим мужем, — выпалила женщина, не потрудившись представиться.
В этот момент Лена стояла на кухне, ещё в пижаме и с неряшливым пучком на голове. Они с сыном, которого мама ласково называла Валентинкой, только проснулись. Ночь была тяжёлой: малыша беспокоили колики в животе, и он не давал маме спать, заставляя носить его на руках и мурлыкать песни на ушко.
Неудивительно, что с утра уставшую мать больше волновала потребность организма в крепком чёрном чае, чем какая-то ненормальная. Елена зевнула в трубку, заливая кипяток в заварник.
— Ну, это ваши проблемы? — саркастично произнесла она.
Наверное, у таинственной пассии её супруга был шок, потому что какое-то время собеседница молчала. Лена даже отняла телефон, зажатый между ухом и плечом, чтобы посмотреть, идёт ли звонок. Он шёл, секунды сменяли друг друга, но женщина молчала. Затем она судорожно выдохнула и сказала настойчиво и эмоционально:
— Я не шучу, Елена, это не розыгрыш. У меня и Игоря отношения, мы любим друг друга. Но из-за того, что у вас маленький ребёнок, он не признаётся. Ему вас жаль, потому что он благородный.
Лена задумчиво посмотрела в окно. Деревья уже покрылись маленькими, но крепкими почками. Скоро раскроются листья. Весну Елена всегда любила.
Вот и сейчас она словно пробуждалась от долгого летаргического сна вместе с природой и первыми цветами. Душу наполняло чувство чего-то нового, наверное, перемен. То, что у Игоря есть любовница, Елена и так знала.
Нет, она не была в курсе имени, возраста девушки, понятия не имела, как выглядит новая зазноба мужа. Не знала, как долго продолжается их связь, где они встречаются, а может, она и вовсе не одна. Но её это не интересовало.
Сначала Гоша стал пропадать по ночам, ещё когда она была на последних сроках беременности. Затем она стала замечать странные СМС, звонки, когда он убегал в другую комнату и шёпотом что-то говорил в трубку. Конечно, раньше это были лишь подозрения, но теперь, когда Елена знала правду, стало как-то легко на душе, спокойно.
Может, вот оно — решение? Он будет счастлив с новой девушкой, а у неё есть Валя — больше ей ничего не надо. Даже этот дом, в котором она делала ремонт, куда покупала все эти салфетки, статуэтки, занавески, не нужен. Не нужны его грязные деньги, ничего не нужно. Возьмёт сына и уедет в квартиру, что осталась после мамы.
Молчание собеседницы любовница Игоря восприняла по-своему, словно Лена пребывала в глубоком шоке и не могла найти нужных слов.
— Вы поймите, — убеждала Свиридову женщина в трубке, — он вас не любит. Ещё когда вы были беременны, он все ночи у меня ночевал, а вам говорил, что работает.
Только вот скандала Лена не стала устраивать, а лишь вздохнула с облегчением.
— Так и забирай его, раз тебя любит, — предложила она любовнице. — Уговори, чтобы подал документы на развод. Я всё подпишу, а вы живите в своё удовольствие. Мы с сыном исчезнем, только дайте шанс.
После этого Елена бросила трубку и вернулась к ребёнку, который дал о себе знать недовольным криком. Наверное, требовал водички или внимания мамы, которая посмела оставить его на непозволительно долгий срок. Женщина подошла к сыну, который сразу заулыбался, увидев лицо матери. Она наклонилась над колыбелькой, притягивая малыша к себе.
— Ну что, Валентинка мой, — промурлыкала мама, целуя лобик ребёнка и головку с мягким пушком светлых волос, — уедем с тобой, да? Начнём новую жизнь, справимся.
Только женщина совсем забыла, что Игорь прослушивал её разговоры, пользуясь служебным положением, и Свиридову, очевидно, не понравилось то, что он услышал. Той же ночью, когда Елена и маленький пухленький Валентин мирно спали, Игорь ворвался домой. Он включил свет, тот резко ударил по глазам матери и младенца, заставляя последнего обиженно и испуганно зарыдать.
— Успокой его, — скомандовал полицейский. — Заткни ребёнка, пока я этого не сделал. Затем живо собирайтесь и выходите из дома в машину.
Он был мятый, в грязной одежде, на ботинках и джинсах налипла грязь. Видя, в каком состоянии муж, испуганная Лена даже спорить не стала. Он то и дело опускал руку на табельное оружие, как будто вот-вот хотел пустить его в ход. Взгляд его покрасневших глаз был диким, пугающим.
Игорь привёз Лену с грудничком на кладбище. Елена похолодела, когда их иномарка припарковалась у ворот, за которыми виднелись кресты и надгробия. Блондинка прижимала к себе уснувшего в машине сына, с ужасом глядя на мужа.
— Гоша, ты чего? — прошептала она тихо, а сердце её билось в горле. — Зачем мы сюда приехали?
— Вылезайте, — потребовал Игорь, глуша мотор.
Мужчина молча провёл дрожащую от страха за ребёнка Лену между чужими плитами. Лена заторможенно читала даты чужой жизни. Вот девушка совсем молодой ушла, а мужчина пожил — целых девяносто лет. Игорь остановился так резко, что Лена едва не налетела на него со спины.
Валя всё ещё спал, вдыхая холодный ночной воздух. Елена выглянула из-за плеча мужа, не понимая, на что он смотрит. Тут же горло сжалось, и она еле сдержала вопль ужаса.
Она и не думала, что её так испугает вид свежей ямы два метра под землёй.
— Это для тебя, Лена. Ты же не понимаешь моих слов, верно? — жёстко произнёс мужчина, а его тон был холоднее и пробирал до костей сильнее, чем ветер на кладбище. — Я выкопал для тебя могилу.
Елена не могла в это поверить. Она молчала, с ужасом глядя в тёмную яму, почему-то не могла отвести от неё взгляд. Она знала, что Игорь не шутил. Может, он спятил, но какая разница — он мог это сделать.
— Если я ещё раз узнаю, что ты хотя бы думаешь о разводе или хочешь от меня сбежать с моим сыном, я тебя похороню вот здесь, прямо тут! — глядя в её бледное лицо с каким-то мрачным удовлетворением, продолжил Игорь. — Тебя некому искать, Лена. У тебя нет никого, кроме меня, ясно? У тебя нет друзей, нет работы. Ты сгниёшь без меня. Может, я бы и плюнул на тебя, но у нас ребёнок. Ты не можешь потянуть моего сына на дно вместе с собой, Лена. Я уничтожу тебя, понимаешь? Из моих объятий у тебя одна дорога — на тот свет.
Она посмотрела в лицо мужу, человеку, которого когда-то искренне полюбила. Когда он таким стал? Или он всегда таким был? Игорь же глядел на неё, упиваясь своей властью и её страхом. Нет, он и правда не отпустил бы её живой.
Потом они приехали домой так же молча. Мужчина высадил жену и сына у дома, а затем резко нажал на газ, уезжая в ночь. Лена же не могла сомкнуть глаз до рассвета. Женщину трясло всю ночь, колотило мелкой дрожью.
Выпустить из рук сына она тоже не смогла. Сидела на краю кровати, прижимая к себе малыша, и покачивалась вперёд-назад, вперёд-назад. Её невидящий взгляд был устремлён перед собой, а перед глазами всё ещё стояла свежая могила.
— Всё будет хорошо, малыш, — шептала она дрожащим голосом на ушко спящему ребёнку. — Мама с тобой, а значит, всё будет хорошо. Я не дам тебя в обиду, мой милый.
Тогда она решила, что сбежит. Сбежит. И плевать, что случится, ей только нужен шанс.
И вскоре он появился. Лена вышла из тяжёлых воспоминаний длиною в несколько лет, когда её чуткий нос уловил запах пережаренных овощей. Хозяйка ухнула, перевела взгляд на кусочки лука и моркови, которые забыла помешивать, отвлёкшись на телевизор и дурные мысли.
Зажарка стала приобретать не золотистый, а угольный оттенок.
— Вот тебе и повар, — проворчала женщина, выключая газ и убирая сковородку на холодную конфорку. — Совсем сноровку ты потеряла, Одинцова.
Хотя какой из неё повар? За годы жизни с мужем верхом кулинарии для женщины было то, что она подавала стейки разной прожарки с соусом для его друзей да несколько видов закусок. Пятимесячный Валентин, который не так давно стал принимать ярые попытки сесть то в коляске, то в стульчике, тоже был на кухне. Он полулежал в автолюльке и махал яркой погремушкой, периодически занимая игрушкой свой рот.
Лена взглянула на часы, висевшие на стене. В последнее время её муж словно догадывался о планах супруги. Он постоянно приходил в дом в самое разное время, словно намеревался застать её за чем-то.
Он не давал жене лишние деньги, выделяя чёткие суммы лишь по просьбе. Гоша спрятал её новенький паспорт, который она сделала взамен испорченного супругом. Однако Лена научилась быть осторожной, даже сверх меры.
Так, недавно она вышла на прогулку с ребёнком, зайдя в аптеку.
— Мне нужна укропная водичка, чтобы помочь Валентину, — объяснила она мужу. — Ещё средства против жара для детей, на всякий случай. В прошлый раз, когда Вале стало плохо, я не знала, куда бросаться. Прокладки.
Мужчина лишь отмахнулся от её разговора, не особо желая знать, что лежит в детской аптечке или про женскую гигиену. И зря. Ведь в этот раз заботливая супруга взяла кое-что и для горячо любимого мужа. Накупив всего необходимого, женщина припрятала пузырёк с особым средством в карман.
— Если у вас проблемы со сном, то будьте спокойны, эти капли — самые лучшие, — вежливо консультировала её женщина в аптеке. — Только дозу не превышайте, а то препарат может даже слона с ног свалить.
Лена улыбнулась в ответ, глубже пряча заветное средство. Она знала, что его час настанет. Каждый день Елена тратила часть времени на уборку, пользуясь отсутствием мужа. Женщина сама превратилась в параноика, думала, что он может контролировать каждый её шаг.
Поэтому она с самым безмятежным видом поднимала подушки, стряхивая с них пыль, разбирала книги на полках — лишь бы найти документы. В итоге ей это удалось. Игорь всегда умел прятать хуже, чем его супруга искать.
Так заветный паспорт и документы на Валентина были обнаружены в его кабинете под красным ковром. Периодически Лена проверяла, не переложил ли супруг свой тайник, но нет, всё было на месте. Она стала втайне от мужа собирать вещи первой необходимости для себя и ребёнка и с тех пор лишь ждала шанса или знака судьбы.
Он представился уже вечером, в тот же день, когда Лена едва не сожгла зажарку. Игорь пришёл с работы, сообщая, что все выходные проведёт с семьёй.
— Можно поехать куда-нибудь, — довольный собой, сообщил он во время ужина. — К слову о поездках. Знаешь, моя подруга Светлана выходит замуж, — осторожно произнесла Елена, — только это в Москве.
— Даже не думай об этом! — он обрисовал своё лицо пальцем, а затем ткнул им в супругу. — Ты себя видела? И на кого ты ребёнка оставишь?
Елена понимала, что он указывает на опухший глаз — результат его предыдущей вспышки гнева.
— Я могла бы взять Валю с собой, немного развеяться, — ответила Елена, услужливо накладывая мужчине салат. — А синяки скоро пройдут.
— Пройдут, если новые не появятся, — сообщил он с особым посылом, а затем усмехнулся так, что у Елены по спине побежали мурашки.
— В чём проблема, Игорь? — не выдержала Лена. — Я уеду на неделю, не больше. А ты сможешь пригласить к нам твою женщину. К сожалению, она не представилась, так что я буду называть её просто «любовница».
Никогда прежде Елена не заявляла ему прямо в лицо, что ей известно о его шашнях.
— Послушай, милая женушка, — начал мужчина вкрадчиво, — с тех пор как ты вышла за меня замуж, я тобой распоряжаюсь. Ты стала замужем, Лена. Вот при мне ты и останешься, пока я не дам тебе пинка под твой хорошенький зад. А сделать это я пока не собираюсь.
— Не надо мне угрожать, — произнесла Елена со спокойствием, которого не испытывала.
На самом деле внутри женщины зарождался приступ паники, ей пришлось сжать пальцы, чтобы мужчина не заметил её дрожь. Она знала, что он будет недоволен, если заметит, что она боится его. С тех пор как он вывез супругу на кладбище, он то и дело выходил из себя, если видел, что Лену трясёт. Он словно хотел получить обратно влюблённую в него девушку, но лишь больше бесился. И вместо цветов и признаний в любви использовал побои.
Он издевался над Леной и днём, и ночью. Мог завалиться в общую спальню, раздевая супругу и творя всё, что придёт в его больную голову. В такие мгновения Елена просто отрешалась от происходящего, смотря на всё это со стороны. Словно она была не участником действа, а посторонним зрителем. Разве что резкие приступы боли порой возвращали её в реальность, напоминая о том, что тело всё ещё принадлежит ей. И издеваются тоже над ней.
По утрам, когда она пыталась замазать кровоподтёки, он утверждал, что любит её, что она ему нужна, что Лена для него единственная. Конечно, она уже не верила. Он был болен, только вот она не врач. Лечить его не обязана, так что она должна была спасти хоть кого-то — хотя бы себя и сына.
— Этот разговор считай закрытым, — сообщил он категорично. — Никакой Москвы, ясно? И вообще, не порть мне настроение. Я впервые за долгое время взял выходные, всем сказал, чтобы нас не беспокоили два дня, так что давай проведём их с удовольствием, окей?
Елена лишь смиренно опустила голову, пряча глаза, в которых мелькнула решимость. Если его не будут дёргать с работы два дня, то шанса лучше не придумать.
Утром Лена была столь напряжена, что слышала даже тиканье часов на тумбочке и, кажется, биение собственного сердца в ушах. Её трусило, и она переживала, что полицейский это заметит. Игорь вышел на кухню, улавливая аромат свежесваренного кофе.
— Так приятно провести выходные с семьёй, в последнее время редко это удаётся. Ну что на завтрак, мой шеф-повар? — довольно проговорил он, словно и не было между ними никакого напряжения.
Мужчина сел на своё место во главе стола, притягивая пульт и делая громче звук телевизора. Была суббота, по каналам шли утренние развлекательные шоу, которые он просто обожал. Елена натянуто улыбнулась, отбросила с лица выпавшую из хвоста светлую прядь, поставила перед мужем порцию кофе и ответила:
— Твой любимый: глазунья с беконом и тосты с сыром.
Мужчина не дал ей убрать руку, и сердце женщины сделало кульбит, когда пальцы Гоши сомкнулись на запястье. Он посмотрел ей в глаза, а затем коснулся губами ладони.
— Прости меня, Лена, я просто очень тебя люблю и боюсь потерять. Я обещаю измениться, — пробормотал он, покрывая поцелуями каждый из её пальцев.
Женщина же попыталась унять дрожь и колотящееся в груди сердце, а ещё она пыталась не смотреть на кофе. Лена кивнула, принимая его извинения.
— Ты меня любишь? — настойчиво спросил он, всё ещё удерживая руку.
— Конечно, я тебя люблю, — не моргнув глазом, солгала Лена.
Валентин заплакал в комнате, прерывая эту сцену. Елена испытала волну облегчения, услышав сына и используя это как благовидный предлог, чтобы уйти из кухни.
— Принеси мне сына! — крикнул вслед Игорь, приступая к завтраку и стуча вилкой о тарелку. — Хочу, чтобы мы начали день все вместе.
После завтрака прошло меньше часа, а Игорь уже спал на диване в гостиной, одурманенный снотворным, которое супруга подмешала в утренний кофе. Мужчина дышал глубоко, мерно, даже немного улыбался. Рядом валялся его телефон, выпавший из рук.
Лена подняла смартфон, выключила его, чтобы чужой звонок ненароком не разбудил супруга. Он часто жаловался на неспособность заснуть и на плохие сны, так что Лена, глядя на супруга, спящего сном праведника, лишь бросила негромко:
— Не благодари, — а затем выскользнула из гостиной, прикрыв за собой дверь.
Елена собрала ребёнка, взяла заранее подготовленный тревожный чемоданчик и, трясясь от ужаса, сбежала из дома. Едва она ступила за порог, ей стало ещё страшнее. Казалось, дело уже сделано, но Лена колебалась. Правильно ли она поступила? Сможет ли довести дело до конца? Куда она денется с Валей на руках? Слишком много вопросов роилось в её голове, слишком туманным было её будущее.
Однако Лена вспомнила лицо женщины из кризисного центра. На нём ещё были следы побоев супруга, но она улыбалась. Она была спокойна, наверное, впервые за долгие годы. Эта мысль придала молодой матери решимости.
Елена не просто сбегала из дома — она заметала следы, словно за ней уже пустили щей. Она кожей ощущала, как те бегут по её следу, а если поймают — разорвут на части. Женщина надеялась, что сначала мужчина будет искать её в Москве. Её подруга действительно выходила замуж в столице, только вот на праздник Лена не планировала приезжать. В квартиру, что осталась ей в наследство от мамы, она тоже не поехала. Понимала, что Игорь будет искать её там в первую очередь.
Женщина с ребёнком поехали на такси в аэропорт, где расстались с телефоном. Оттуда, поменяв машину, направились на вокзал, а затем на автобусе уехали в приморский городок. Решение она принимала рандомно, один раз даже бросив монетку. Она не хотела допустить и шанса, чтобы кто-то увидел логику в её действиях и смог выследить.
— Ну что, Валентин? — прижимала она к себе малыша. — Нас с тобой ожидает настоящее путешествие. Ты рад?
Мальчонка весело улыбался маме. Конечно, он был рад, ведь они были рядом. Верила ли Лена, что сможет сбежать от мужа-полицейского? Однако Елена надеялась, и этого было достаточно.
На сэкономленные деньги она хотела снять номер в недорогом отеле. Однако тут в её жизнь вмешалась судьба, в кои-то веки повернувшись к девушке лицом и даже улыбаясь. Елена искала место для ночлега, наименее популярное у туристов. Однако заходила во все гостиницы, так сказать, на удачу.
Так она ненароком подслушала разговор между администратором и управляющим в отеле-усадьбе, расположившейся на самой тихой и спокойной части центрального променада города, лишённой лишнего шума. Место сразу понравилось женщине, ведь его словно спрятали от чужих глаз.
— Я хочу, чтобы ты сообщил Марку, что он уволен, — процедил управляющий вне себя от гнева. — Меня достали его выходки. Может быть, он и профессионал, но ведёт себя как примадонна на кухне. Это немыслимо. Вот где он?
— Мы не можем его уволить, — осторожно заметила девушка-администратор. — У нас сегодня день рождения празднуют, банкет небольшой, на пятнадцать человек, но откуда мы возьмём еду?
— Попроси, чтобы прислали кого-то из другого отеля, — возмущался управляющий. — Целая сеть заведений, а ни одного приличного повара.
— Простите, — осторожно начала женщина, — простите, что вмешиваюсь в ваш разговор, но вам нужен повар?
Мужчина глянул сначала на неё, затем на ребёнка в её руках, затем вновь на неё и её припудренный синяк.
— Пожалуй, — кивнул он. — А что, есть кто-то на примете?
Свиридова уверенно протянула ладонь.
— Приятно познакомиться, — улыбнулась женщина увереннее, чем себя ощущала. — Дайте мне шанс, я вас не подведу.
Конечно, управляющий не стал доверять девчонке с улицы. Какой бы безвыходной ни была его ситуация, репутация гостиницы была дороже. Но Елена не собиралась сдаваться и упускать подвернувшуюся возможность.
Она как раз убеждала мужчину в том, что справится с любой кулинарной задачей, если у неё есть рецепт, когда на сцене появился ещё один человек.
— Лена, — произнёс мужской голос, заставляя её умолкнуть на полуслове и обернуться. — Лена, ты?
Сначала Лена даже испугалась, отчего-то решив, что её уже нашли. «Так быстро!» — пронеслось в её голове, а пальцы судорожно сжали малыша. Однако плечи её расслабились, и женщина выдохнула.
— Дима! — улыбнулась она, замечая старого знакомого.
Дмитрий Данилов был её первой любовью на первом курсе. Правда, ничем путным это не закончилось, кроме взаимных робких переглядок и лёгкого флирта. Парень учился на третьем курсе по специальности «ресторанное дело», чтобы продолжить бизнес семьи. Однако уже через год забрал документы и улетел за границу вместе с отцом. Что именно случилось, никто не знал. Слухи ходили странные, даже немыслимые.
Например, что отец Димы был связан с криминалом, и они вынуждены были скрываться в Испании. Конечно, в подобные сказки Лена не верила, однако Данилов и правда пропал. Позже он вернулся, даже открыл сеть своих отелей. Говорили, что он смог отучиться в какой-то жутко популярной английской школе да понахвататься западных приёмов, чтобы вести бизнес на родине. Только тогда Лена уже была замужем и предпочитала не следить за судьбой Дмитрия.
Дмитрий же внимательным взглядом окинул внешний вид девушки. Он, как и управляющий, постарался не особо смотреть на синяк, что всё ещё оставался под глазом. Лена испытала стыд за себя. Вот она — с младенцем на руках, с подбитым глазом, стоит перед ними и просит о работе.
«Не так ты представляла себе встречу с парнем из прошлого? Ой, не так!»
— Леночка, как неожиданно, что мы встретились! — осторожно начал Дима. — А ты как? У тебя всё хорошо?
И тут Лена поняла, что не может больше сдерживать скопившиеся в себе эмоции. Её глаза наполнились слезами, и женщина позорно расплакалась. Дима оторопело посмотрел на свою знакомую, сделал знак управляющему и отвёл её к диванам, расположенным в холле. Вскоре перед женщиной оказался стакан с водой и коробка с салфетками.
— Ну же, Одинцова! — по привычке назвал её девичьей фамилией Дима. — Ты чего расклеилась? Что случилось? Расскажи, может, я помогу?
Лена, которая так соскучилась по чужой заботе, взяла и поведала мужчине о своей трагичной судьбе. Конечно, она не называла имён, не вдавалась в подробности, но по внимательным глазам Димки она видела: он и так всё понял. Сложно не сложить уравнение, в котором фигурируют властный муж, побег из дома и синяк под глазом.
— Знаешь что, Лена, — неожиданно произнёс мужчина, когда женщина уже использовала добрую половину салфеток из пачки, — оставайся у меня.
Женщина широко распахнула глаза, не понимая, глядя на Диму. Тот улыбнулся и поспешил пояснить:
— Эта гостиница принадлежит мне. Ты можешь остаться в одной из комнат столько, сколько пожелаешь. Платить не нужно. Отдохнёшь, наберёшься сил. Решим, как можно тебе помочь.
— Я бы очень этого хотела, — не стала Лена отмахиваться от столь щедрого предложения Димы. — Только если позволите мне работать. Я не прошу должность шеф-повара, хотя бы какую-то работу на кухне. Дима, я не подведу. Жить задарма и пользоваться твоей добротой я просто не смогу.
Так и была решена её судьба. Вскоре женщина с помощью Димы поменяла все документы на себя и ребёнка. В её паспорте теперь красовалась новая фамилия. Женщина взяла девичью фамилию матери и стала Малиновской Еленой. Жить они с Валей стали в небольшой комнатке при гостинице, чистой и светлой. В их номере было всё необходимое для комфортной жизни.
Но спокойствия не было. Лена постоянно ждала, что за ней придут. Но не останавливалась рядом с воротами усадьбы полицейская машина. И в новостях, что женщина жадно просматривала каждое утро, не было ни строчки о пропаже жены полицейского.
— Это странно, — с тревогой признавалась она Диме. — Мне кажется, что всё это нереально. Затишье перед бурей. Я думала, что он раздует скандал, скажет, что я чокнутая, укравшая его ребёнка, поднимет на уши весь город. Молчание Игоря пугает меня ещё больше, чем его действия.
Дима пытался её успокоить. Он нанял няню для Вали, чтобы Лена смогла работать. Сам Данилов в свободное время приезжал к Лене с сыном, чтобы вместе погулять по променаду или пляжу. Чаще они выбирались вечером, когда на приморский город опускались сумерки. Гулять при свете дня Елена ещё не решалась.
Елена стала сближаться с Дмитрием. Ощущение было странным, словно не было между двумя людьми столь долгой разлуки. Они легко находили темы для общения, шутили и смеялись. Дмитрий нашёл общий язык и с ребёнком, а ещё стал настоящей опорой для молодой матери.
Так, когда он приехал на выходных, застал Елену в ужасном состоянии. На её груди растекались следы от горячего молока. Глаза были в чудовищном беспорядке, а под глазами — синяки.
— Он уже двое суток толком не спит, — призналась женщина. — Наверное, его что-то беспокоит, а я так устала, что чуть не выронила его из рук. Я так испугалась.
Дмитрий забрал маленького Валю, который охотно шёл на руки к доброму дяде, и ушёл с ним гулять. Елена смогла принять душ и даже выкроить для себя пару часов столь драгоценного сна. Дима возвращал Лену в беззаботное прошлое одним своим существованием. Только вот хоть немного зайти за границу дружеских отношений женщина себе не позволяла.
Душу испуганной женщины бередили страх и внутренние противоречия. Она мечтала о том, чтобы вновь быть счастливой, любимой, нужной, но боялась. Боялась до ужаса, потому что однажды уже доверилась и обожглась. Потому что она просыпалась среди ночи в холодном поту, вскакивала, бежала к кровати сына, чтобы проверить, на месте ли её ребёнок. Потому что она боялась шорохов и чужих людей.
Несмотря на монотонную, тихую жизнь у моря, воспоминания прошлого не уходили. Волны не могли смыть их, как следы её босых ног с прибрежного песка. Они жили внутри Лены, давили на психику, не давали расслабиться до конца.
Так наступило лето — активный сезон для работников гостиницы. Елена вошла в новый ритм жизни, окончательно освоившись на кухне. Готовила она великолепно, ведь у неё всегда был талант к кулинарии. А любые её задумки и новшества на кухне встречались гостями на ура. Так её повысили до шеф-повара.
Её душа постепенно обретала покой. Нет, девушка всё ещё была настороже, однако уже не дёргалась испуганно от любого резкого звука. Одним июльским вечером Дмитрий приехал к своей подруге и сотруднице, привёз Валентину новую яркую книгу. Её страницы шелестели и пищали, от чего ребёнок пришёл в восторг. Женщина смотрела на ребёнка с улыбкой, а тот с радостным возбуждением изучал свой подарок.
— Тебя очень хвалят, — довольно заметил Дима. — Ты прекрасно справляешься с обязанностями шефа.
Елена смутилась, польщённая похвалой.
— Кто бы говорил, Дима! — махнула она рукой. — Ты сам достиг таких высот!
Оказалось, что одна из гостиниц, куда Лена как-то хотела устроиться, тоже принадлежала Данилову. Помнится, её муж рассвирепел, узнав об этом.
— Ну, тут не только моя заслуга, но и моей семьи, — скромно уточнил молодой человек.
Вспомнив прошлое, Елена звонко рассмеялась.
— Ох, а знаешь, что говорили, когда ты уехал?
— Что же? — поинтересовался мужчина.
— Не поверишь: мол, ты криминальный авторитет, точнее, твой папа или дядя, и уехал ты от проблем то ли с законом, то ли с ещё одной бандитской группировкой, — рассказала девушка охотно. — Пересмотрели наши однокурсники «Бригаду», вот и выдумывали всякое, фантазёры. Им бы сценарии к боевикам писать, а не торты печь, правда?
Девушка весело посмотрела на Диму, ожидая, что он тоже посмеётся. Только мужчина даже не улыбнулся. Он смотрел на Елену спокойно, внимательно, словно чего-то ждал.
— А что, если это не выдумки, Одинцова? — спросил он негромко, не сводя с её лица серьёзного взгляда.
— Это не смешно, Дим. Ты же авторитетный бизнесмен, меценат, зачем тебе это?
Дима неожиданно приблизился к ней и мягко взял её тёплую ладонь в свои руки. Они были твёрдые, прохладные и надёжные.
— Лена, я обещаю тебе защиту, если ты сможешь мне довериться, — сказал он неожиданно.
Так девушка узнала, что не все слухи оказались ложью. Семья Дмитрия и правда была замешана в криминале, а его отец был коронованным вором в законе. Бизнес был прикрытием для их семьи, ведь им надо было отмывать деньги. А ещё они владели подпольными клубами и казино для сливок общества. Всё это было вне закона. Дмитрий возглавлял организованную преступную группировку, контролировал ряд предприятий области, крышевал предпринимателей.
— Мужа твоего я знаю, — признался он в середине рассказа. — Говорить не хотел, чтобы не пугать, но я слежу за ним, Лена. Даже если он шаг сделает в твою сторону, я узнаю об этом первым. Прости, но я давно с ним в натянутых отношениях. Знал, что ты его супруга, только понятия не имел, что ты в такой ситуации.
— Что ты имеешь в виду?
Оказалось, что Дмитрий пытается упечь за решётку и Свиридова, и преступную группировку, в том числе из-за личных мотивов. Гибель отца Димы была как-то связана с мужем Лены. Что делало ситуацию ещё более страшной.
— Недавно Игорь почти попался в капкан, — поделился последними новостями мужчина. — У нас был свидетель, готовый дать показания на боссов крупного преступного синдиката. Он должен был указать и на Игоря, но сейчас пропал. Не удивлюсь, если его тело найдут где-нибудь в канаве. Либо его перекупили и отправили за границу. Но я не сдаюсь, поверь мне. Твой супруг будет за решёткой, в той же камере, куда он усадил моего отца.
Лена, побледневшая, смотрела на Диму, как на другого человека. Ведь это он гулял с ней недавно, покупая хот-доги и сладкую вату. Он испачкал свой галстук горчицей, заставляя её смеяться. Он брызгал солёной водой. Он играл с её сыном, как с родным. Он взял её за руку, робко и нежно, когда они любовались закатом.
— Я думала, что попала в тихую гавань, но я… — женщина покачала головой в попытке найти нужные слова. — Я опять в центре какой-то ужасной бури.
— Дима, я хочу спокойной, тихой жизни и для меня, и для сына, понимаешь?
— Говорят, что эпицентр бури — её глаз, самое безопасное место, — загадочно ответил Данилов. — Рядом со мной вам ничего не угрожает, я позабочусь о вас.
Лена была в ужасе от его признания. Стоило ли ей связываться с этим человеком? Да, он обещал ей безопасность, но она уже доверилась одному мужчине, полицейскому, тому, рядом с кем чувствовала себя как за каменной стеной, и ей пришлось бежать от него прочь. Так неужели доверить бандиту будет верным решением?
В её голове абсолютно поменялись понятия добра и зла, чёрного и белого. Если полицейский оказался продажным ублюдком, то отчего бы криминальному авторитету не быть хорошим? В виде её смятения Дмитрий привлёк женщину к себе.
— Ты не сможешь прятаться всегда, Лена. К сожалению, это не выход, — попытался он достучаться до её сознания. — Жить в страхе нельзя. Твой ребёнок растёт, Валя достоин лучшего.
Лена не смогла ответить Диме сразу. Она понимала, что в чём-то он прав, но решила обождать, пока одна ситуация не качнула маятник её решения в сторону Димы. Лена продолжила работать на кухне. Женщина постоянно вносила креатив, то и дело предлагая добавить в меню что-то новенькое. Особенно она боролась за сезонность меню, предлагая гостям отеля блюда из свежих овощей и фруктов. Так в летнем меню появились тартары, гаспачо, а также освежающие коктейли и сорбеты. Только Лена допустила ошибку, предложив гостям одно из особенных блюд.
Свиридов Игорь приехал в ресторан отеля, который принадлежал Дмитрию, не случайно. Он знал, что этот пронырливый крысёныш давно копает под него. Ещё с тех пор, когда он усадил за решётку его отца, что мешал своему партнёру по бизнесу, его отпрыск стал маячить перед глазами полицейского, как бельмо.
Данилова-старшего убрали через неделю, как он оказался на зоне. По официальной версии, он перестал топтать землю из-за массовой драки между заключёнными. Так-то, конечно, дело было заказным. Да только, когда пропадает такой отброс, как Данилов, никто разбираться не будет.
Только если раньше он считал отпрыска Данилова лишь пылью под ногами, теперь тот стал настоящей помехой. По факту, руки Свиридова были чистыми. Да, он помог его отцу сесть за решётку, но ножом его пырнул не он. Да, он замял это дело, не дал ходу расследованию, подтасовав улики, но сделал всё чисто, не придерешься.
Это ведь тогда он попал в больницу, ввязавшись в потасовку с ребятами Данилова. Потом голову ещё несколько лет лечил — так уж неудачно приложились его шестерки. А теперь оказывается, что его сын продолжает папочкино дело да ещё вставляет палки в колёса ему, честному служителю закона.
Узнав, что Данилов частенько бывает в своей гостинице, он решил с ним обговорить парочку вопросов. Так сказать, намекнуть, что спокойствие и бизнес Дмитрия во многом зависят от хорошего настроения Свиридова, а оно в последнее время было крайне мерзким. Побег его неблагодарной супруги совсем сорвал крышу полицейскому. Он рыл носом землю, но стерва куда-то пропала.
Наверное, белокурая ведьма спряталась в аду, где ей и место, и выбрала для этого самый неудачный момент. Свиридов был под подозрением из-за крупной махинации. Ему бы отсидеться в тенёчке, но нет. Сначала, когда он понял, что Ленка его обдурила и сбежала, оставив отдыхать на диване, он дико рассвирепел. Погоня по горячим следам ничего не дала, а поднимать связи он не рискнул. Затем мужчина ушёл в загул.
Он пил, превращая их дом в притон, и даже пристрастился к кое-чему серьёзнее алкоголя. Немного выйдя из дурмана, Игорь чётко решил: заткнёт Данилова, восстановит репутацию, а потом найдёт сбежавшую крысу. Пока что он всем рассказывал, что супруга уехала с сыном в отпуск. На курорт, конечно, подтянуть здоровье.
В гостиницу Свиридов приехал не один, а с пассией — Беллой. Вообще-то её звали то ли Зинаида, то ли Людка, но девушка решила, что такое имя выглядит не солидно и никак не подходит к перекачанным губам и бюсту. Любовница, которую он взял просто для компании, без устали трещала. Белла была красивая, но тупая, как пробка.
Она листала меню, тыкая пальчиком в алкогольные коктейли, которые пила в любое время суток. Игорь слушал её вполуха, а сам рассматривал обстановку. Хорошо Данилов устроился: кругом красота, современный чистенький ремонт, белоснежные скатерти, все столы тщательно сервированы. Вилок гостям предложено столько, что Свиридов даже предположить не мог, какой и что есть. Официанты галантные, аж тошно.
— Как здесь красиво, малыш, — щебетала Белла, под столом задевая его ногу своей. — Может, останемся на выходные? Ну пожалуйста, мы так редко где-то появляемся, можно будет погулять по пляжу, сделать фоточки.
— Я здесь по делу, — отмахнулся от девки полицейский, но идею снять номер он не отмел.
Белла надула и без того пухлые губы и гримасничала, обозвав своего мужчину «деловым луком» и наступив на ботинок кончиком туфли. Игорь подпер щеку рукой, притягивая к себе меню. Голова гудела, и хотелось сожрать что-нибудь от похмелья, хотя в его случае помогла бы только гильотина. Между обложкой меню и первой страницей лежала дополнительная карточка, которая сразу выпала на стол. Сезонное предложение «Блюдо от шефа» заигрывающе манило гостей названиями.
Игорь без особого интереса прошёлся глазами по картинкам и хотел уже отложить флаер подальше. Только неожиданно замер, подобрался весь, как хищник, чьё тело напряглось и было готово к прыжку, почуяв добычу. Он вновь схватил глянцевые страницы, впиваясь взглядом. Совпадение ли, что блюда были невероятно похожи на то, чем потчевала его пропавшая супруга? Вот зелёный гаспачо с сорбетом и фетой, украшен так же, как делала Лена, а десерт из инжира и сыра — она говорила, что сама его придумала.
Мужчина, ощущая, как пересохло во рту, спешно позвал официанта.
— Это принеси, — ткнул он пальцем в суп, скрывая волнение.
Когда принесли блюдо и мужчина попробовал лишь ложку, сомнений не осталось. Тут приложилась рука его супруги. Он вспомнил слова Елены, когда они лишь начинали отношения. Она колдовала у плиты, способная приготовить из простейших ингредиентов блюдо высокой кухни, и утверждала: можно взять один рецепт, предложить его десяти поварам, и у каждого получится своё блюдо. Нельзя повторить в точности вкус еды, особенно если ты привносишь в него нечто особенное. Когда мужчина почувствовал знакомый вкус специй и лёгкий привкус орешков, пазл сложился.
Десерт он доедал уже последним. Он предвкушал главное блюдо, смакуя каждый кусочек из своей тарелки.
— Как странно, что ты совсем мясо не заказал. Ты стал веганом? — шутила Белла, поедая свой салат.
Игорь лишь загадочно улыбался, попивая сок. Затем, отерев рот салфеткой, он подождал официанта, который торопился убрать тарелки.
— Вам всё понравилось? — спросил тот.
— О да, — искренне просиял мужчина ответной улыбкой. — Скажите, а можно переговорить с вашим шеф-поваром? Еда настолько вкусная, что я хочу лично его поблагодарить.
— Минуточку, я узнаю, — пообещал официант, забрасывая смятые салфетки поверх тарелок и испаряясь в служебном помещении.
Елену Малиновскую все коллеги называли исключительно Леночкой. Её имя было визитной карточкой. Однако за её внешней нежностью скрывался стержень, с которым все считались. Елена хозяйничала на кухне ресторана, гремела тяжёлыми кастрюлями и горящими сковородками, раздавала приказы, как заправский полководец. Она нравилась и официантам, и су-шефам. Так что, когда девушку повысили до шеф-повара, никто не подумал лишнего.
Она была талантлива и вовсе не равнялась на красавицу, которая одна поднимала маленького ребёнка, но умудрялась держать в узде кухню. Сама Лена отдавалась работе со всей страстью. Долгие годы, что муж не пускал её на работу, были тяжёлыми. И теперь женщина, как говорится, брала своё.
— Леночка, — позвал Володя, скидывая грязную посуду, — там тебя гость зовёт.
— Меня? — изумилась женщина, не отрываясь от кухни и раздачи. — Ему что-то не понравилось?
— Нет, наоборот. Говорит, хочет лично поблагодарить, потому что такой вкусноты давно не пробовал.
Щёки женщины тут же смущённо порозовели. Ей часто передавали комплименты через официантов, однако никогда не приглашали в зал. Она даже не знала, можно ли ей выходить по правилам отеля. Она глянула на пиццайоло, ища поддержки.
— Иди, — кивнул Георгий, загружая в печь очередную кальцоне, — получи свою минуту славы, Ленок.
Женщина придирчивым взглядом окинула свой внешний вид, поправила фартук и манжеты, стянула с волос сеточку, поправляя элегантный пучок. Как-никак, она представляет ресторан. С улыбкой она толкнула маятниковую дверь, выходя в зал. Володя кивнул на нужный столик, и она, выпрямив спину, с гордостью пошла по залу.
Однако в какой-то момент её улыбка застыла, а затем медленно сползла, превращаясь в гримасу ужаса. За столом, напротив ухоженной блондинки в лиловом костюме, сидел Гоша. Её муж вальяжно облокотился о спинку стула, смотрел в панорамное окно, ещё не замечая Лену. По спине шеф-повара прошёл леденящий холод, заставляя кровь застыть в жилах.
— Не может быть! — мелькнула ужасная мысль. — Он нашёл меня!
Лишь одна тревожная мысль осталась внутри женщины: бежать, бежать как можно дальше и быстрее. Женщина круто развернулась на пятках, не дойдя до своего бывшего мужа пары шагов. Но в этот момент по проходу шла новенькая официантка Инна с подносом, заставленным стаканами. Лена с маху влетела в неё, и весь набор напитков грохнулся на пол.
— Боже! — воскликнула Инна испуганно.
Лена сначала бросилась помогать женщине, от испуга теряя связь с реальностью. Но затем она вновь вскочила на ноги, надеясь, что успеет скрыться на кухне. На её плечо со спины опустилась тяжёлая рука.
— Ох, как неаккуратно! Вы не ушиблись, надеюсь? — любезным тоном поинтересовался Игорь.
Лена, с трудом сглотнув ком в горле, повернулась к нему лицом. «Сколько прошло с их последней встречи?» «Где-то полгода, не больше». Но ей казалось, что минуло не больше дня. Слишком яркими и резкими были воспоминания об их совместной жизни, особенно последние дни, наполненные болью и унижением.
— Всё в порядке, — просипела бледная женщина, чувствуя, что сердце вот-вот остановится, не справившись с бешеным ритмом.
Рука сжалась на её тонком плече ещё сильнее.
— Уверены? Выглядите такой бледной, словно увидели что-то, что вас пугает, — произнёс мужчина, а его глаза наполнились самодовольством и блеском.
Он наклонился к уху женщины, прошептав:
— Так вот в какой норке ты пряталась, моя маленькая мышка!
Елене захотелось зарыдать, но даже на это не было сил. Она дёрнула плечом, сбрасывая его хватку.
— Оставь нас в покое, — горячо бросила женщина. С её теперь уже не белого фартука стекали сок и вино.
— Где мой ребёнок, Лена? — вместо этого спросил он. — Верни его, и ты должна вернуться домой, ко мне.
Упоминание Валентина отрезвило женщину. В голове прозвучал голос Димы:
«Ты не сможешь прятаться всегда. Жить в страхе нельзя. Твой сын достоин лучшего».
Это было словно мантрой, придающей ей сил. Она выпрямила плечи, хотя внутренне сжималась, сурово посмотрела на мужа.
— Мой ребёнок в безопасности, — процедила она. — Надеюсь, тебе хватит ума не устраивать прилюдных сцен, верно? Иначе я сделаю всё, чтобы доказать, что ты не просто ужасный муж, но и ужасный человек. Я знаю о тебе больше, чем ты думаешь, Гоша. Слишком часто ты приглашал меня на ужины, думая, что я просто украшение. Только вот я умею слушать, запоминать и говорить. Я знаю имена, суммы и такое, от чего тебе светит не один год за решёткой.
Елена впервые так угрожала супругу. Он смерил её обозлённым взглядом, прикидывая, лжёт она или нет.
— Ты блефуешь, — прошипел он, поправляя пиджак.
— Ты проверь, — предложила она. — Только дай повод, Свиридов, и никакие связи тебе не помогут.
— Отчего же ты раньше этого не сделала?
— Я хотела жить спокойно, не хочу вмешивать нашего сына, — пожала плечами женщина. — У нас у обоих есть шанс начать всё с чистого листа. Неужели ты его упустишь?
Тут дверь на кухню вновь распахнулась. Оттуда вышли Володя и пиццайоло, которого он притащил следом. Причём последний был с внушительного вида сковородкой.
— Леночка, всё нормально? — поинтересовался мужчина, хмуро оглядывая заляпанный наряд женщины. — Что-то долго ты общаешься с довольными и сытыми гостями.
— Всё хорошо, — кивнула она решительно. — Мужчина уже уходит, верно?
Игорь смерил взглядом группу поддержки супруги и фыркнул.
— О да, я, пожалуй, поеду, меня спутница заждалась. Спасибо за сервис, всё было чудесно, — отчеканил он, обращаясь к супруге. — Ты же понимаешь, что я ещё вернусь?
Елена понимала. Также она понимала, что Дмитрий был прав. Если она хочет быть счастливой, то не сможет прятаться. Их очередная встреча неизбежна, только вот она произойдёт на её условиях.
Игорь Свиридов мчал по трассе, игнорируя красные сигналы светофоров и все иные правила дорожного движения. В его крови бурлили гнев и вредные вещества, заставляя сильнее нажимать на педаль газа. Да, возможно, он подвергал жизнь опасности. Но если он опоздает хотя бы на минуту, то его жизнь и так будет разрушена. Лучше уж разбиться на трассе, чем допустить, чтобы мерзкая стерва раскрыла свой грязный рот.
До полицейского дошла информация, что бывшая супруга готовится дать интервью на телевидении. Что именно ей известно, он не знал, но допустить, чтобы она хотя бы произнесла его имя, он не мог. Ещё страшнее, если она начнёт перечислять имена его друзей — они его просто уничтожат.
Припарковавшись у здания телевидения, он, показав охраннику корочку служителя закона, с лёгкостью прошёл внутрь. Елена была здесь. Её всё ещё красивое лицо с изящными тонкими чертами преобразилось благодаря стараниям визажиста. Елена выглядела как девушка с блестящими губами и золотыми локонами.
— Выйди! — рявкнул мужчина визажистке, застывшей над Еленой с кисточкой в руках. — Быстро вышла отсюда!
Девушка растерянно глянула на Лену и выскочила из гримёрки. Гоша закрыл за ней дверь на замок, повернувшись к бывшей супруге. Впрочем, он не видел документов на развод. Значит, они всё ещё женаты, верно? Значит, он имеет полное право выбить из неё дурь и раскрасить это личико на свой вкус.
— Гоша! — женщина посмотрела на него испуганно, схватившись руками за подлокотники кресла и вжимаясь в спинку. — Ты? Ты как здесь?
Мужчина осклабился, жадно втягивая носом воздух. Он надеялся ощутить не только запах парфюма и пудры, но и её страх.
— Думала, если ты раз смогла меня провести, то я позволю сделать это вновь? — Гоша цокнул языком, покачав головой. — Какая же ты дура, Ленка! У меня есть свои уши везде, ясно?
Глаза женщины заметались по помещению гримёрки, словно она рассчитывала найти нечто, что поможет ей отбиться от спятившего мужа.
— Послушай, ты всё не так понял, — начала лепетать она. — Я не собиралась говорить про тебя. Я и не знаю ничего толком. Я врала.
— Тогда что ты здесь делаешь? — Гоша вздохнул и навис над супругой. — Решила стать звездой ток-шоу? Только вот я на популярность не рассчитывал.
Он схватил её за плечи и встряхнул.
— Говори, что тебе известно. Ты что-то уже сказала? Наверняка да.
Лена пискнула, чувствуя себя тряпочной куклой. На глазах появились слёзы.
— Я… я не знаю, — помотала она головой. — Меня спрашивали про какого-то немца и сопровождение на трассе. А ещё… ещё, кажется, свидетеля Латкина Александра.
Игорь с шумом выпустил воздух из ноздрей. На такое он не рассчитывал. Как много им известно? Он стал лихорадочно думать, измеряя шагами тесное помещение. Елена неожиданно окликнула его, привлекая внимание.
— Я, знаешь, я же могу помочь, — сказала она. — Если бы ты согласился вернуть всё, что было между нами… А мне? Я устала пытаться выжить сама, понимаешь? Скажи, что мне говорить.
Взгляд мужчины помутился, как и рассудок. Слова супруги, прекрасной, как ангел, стали всё более вкрадчивыми, проникали под кожу. Игорь выложил ей всё. Он говорил сбивчиво, его потряхивало. «Кажется, то, что он принял, было дурного качества, иначе почему его так бросает в пот?» — подумала Лена.
Игорь, словно в исповеди перед священником, доверился супруге. И он верил, что всё делает правильно, пока телефон не оповестил его о входящем сообщении. Он достал смартфон, открывая письмо. А в нём — фотографии его супруги, его сына и Дмитрия Данилова. Они выглядели счастливыми. Он обнимал его жену и его ребёнка.
Игорь знал, что она устроилась работать в его ресторан, но не знал, что стерва играет с этим упырём. Когда Игорь поднял взгляд на супругу, в нём не осталось ни капли раскаяния или надежды, лишь жажда мести.
— Я уничтожу тебя! — угрожающе прошептал он.
Лена и понять ничего не успела, как полицейский бросился на неё. Она закричала, умоляя прийти к ней на помощь. Игорь заткнул ей рот, широкая ладонь прикрыла нос, мешая дышать. Они оба свалились на пол, и Игорь навалился сверху. Лена трепыхалась под ним, когда он выплевывал ей в лицо гнусные, пугающие вещи.
И тут раздался треск. Затем дверь слетела с петель. В гримёрку ворвались люди в форме. В следующую секунду Игоря оторвали от Лены, и она сделала жадный, судорожный вдох кислорода.
Рядом оказался Дима, обнимая блондинку.
— Всё хорошо, — Дмитрий притянул к себе захлёбывающуюся слезами женщину. — Всё хорошо, Лена. Мы всё записали. Каждое слово. Всё кончено. Ты такая умница.
Прошёл месяц. Лена пила кофе на кухне Димы и читала новость в газете, пытаясь вникнуть в каждую строчку. Она не верила своим глазам. Полковник милиции Свиридов Игорь попался на злоупотреблении служебным положением и потянул за собой подельников. Высокопоставленного сотрудника обвиняли в вымогательстве и получении взяток. Его задержали сотрудники управления ФСБ.
В статье не упоминали имя Лены. Однако там указывалось, что мужчину обвиняют в постоянном содействии преступникам в уклонении от уголовного преследования и получении незаконного денежного вознаграждения. Оказалось, что Свиридов был не просто оборотнем в погонах. Он основал целый отдел, в котором помогали преступникам: сообщали о надвигающихся облавах, уничтожали улики, заметали следы.
Однако всё это было в прошлом. Свиридов признался на весь мир в содеянном, думая, что говорит с женой. Он назвал слишком много имён, чтобы отвертеться. Дмитрий утверждал, что в тюрьме он долго не протянет. Его уберут те, кому он так верно служил.
Лена, к своему ужасу, даже поплакала ночью после облавы, уткнувшись в подушку. Ей было отчасти жаль мужчину. Нет, не того, кто рыл для неё могилу. Ей было больно за юного Свиридова, который ещё не запятнал свою честь, того, кого она когда-то полюбила. Однако это не помешало ей дать показания в суде и поставить точку в их отношениях и своих страхах. С удара судейского молотка Лена поняла, что больше она не будет бояться. Всё осталось в прошлом.
Женщина отложила газету, начиная новую жизнь.
Елена Данилова босиком шла по мягкому белому песку. Она отошла от своих мужчин, чтобы купить фруктовое мороженое — такое желанное в этот знойный день. Семья переехала в Испанию год назад, сразу после свадьбы Лены и Димы.
Даниловы обосновались в красном особняке, принадлежавшем семье Димы. Нет, они не сбежали на этот раз — они уехали в другую страну, начиная жизнь с чистого листа, вместе. Лена посмотрела, как Димка по локоть засовывает руки в мокрый песок, выкапывая яму поглубже. Он обещал Вале, что рядом с их замком будет полноценное озеро, заполненное водой. Валя помогал мужчине, которого считал отцом, орудуя пластиковой лопаткой. Мальчику было уже три года.
Вскоре в их семье ожидалось пополнение. Кого именно ждали Дима и Лена, они не знали. Решили, что это должен быть сюрприз. Одно Лена знала точно: у них будет прекрасная семья.
Встреча с Димой в самый тяжёлый момент её жизни была чем-то сродни чуду. Ещё она поняла, что добро и зло не всегда такие, какими мы привыкли их видеть. Зло может носить полицейскую форму и нежно улыбаться улыбкой ангела. Добро может прийти к тебе в образе мрачного мужчины, чья жизнь, казалось бы, тесно связана с криминалом и подпольным бизнесом. Главное — слушать своё сердце. Как там говорят: лишь оно зорко. Самого главного глазами не увидишь.
— Мам, смотри! — воскликнул Валя, показывая грязными ладошками на озеро. — У нас тут медуза приплыла!
— Ого! — восхитилась женщина. — А я мороженое принесла.
Лена подошла ближе, ощущая, как сердце сжимается в груди, когда она ловит на себе улыбки двух главных мужчин. Да, сердце не обманешь. Теперь оно счастливо.
